— А в детстве с родителями?
Ксения пожимает плечами, возвращаясь к маринаду:
— Я жила с бабушкой, а она не устраивала праздников.
Черт, что за детство у неё было? Мужчины переглянулись, понимая друг друга без слов. Даже в их детдоме старались, по мере сил, устроить детворе праздник. Ну и потом, в самостоятельной жизни, они каждый год как-то, да отмечали. Когда — в студенческой общаге с друзьями Игоря, когда — в клубе или дома. Позже — в модных и пафосных ресторанах, где можно было приятно совместить банальную пьянку и интересы бизнеса.
Прошлый Новый год, правда, пропустили. Но тут совсем не до праздников было — Степана вытаскивали с того света.
— А дни рождения? — хмуро интересуется Степан.
Опять скупое пожатие плечами и бесстрастный ответ:
— А с днём рождения так же, как и с Новым годом. Он даже выпадает на тот же день.
— У тебя день рождения на Новый год?! — хором произносят друзья.
— Что тут такого? Чего орете? Игорь, доставай жаровню из духовки, там все готово уже.
— Ну, ты даёшь! У тебя юбилей? Тридцать? — уточняет Игорь.
— Так уж случилось.
— И ты не собиралась праздновать?! И нам бы не сказала?! — повышает тон, извлекая-таки жаровню из пышущей жаром духовки.
— Господи… Ну, что тут праздновать? Тридцать лет уже, впору плакать начинать.
— Ну уж нет! — отрезает Степан, — пора тебя приучать к нормальной, человеческой, жизни. Празднику быть! И Новому году, и юбилею.
— Как хотите… — флегматично замечает ведьма и добавляет, включая своё привычное ехидство, — слушайте, давайте уже жрать, а? Боюсь, если я прямо сейчас что-нибудь не проглочу, то до Нового года просто не доживу.
И правда, как с голодного края, накидывается на предложенную ей тарелку тушеной с мясом фасоли.
Степан же, в который раз за вечер, переглянулся с Игорем, безмолвно договариваясь обсудить сложившуюся ситуацию позже и, следуя ведьминому примеру, тоже уткнулся в тарелку. Правда, без такого зверского аппетита, как у Ксении.
Он волновался, что и говорить.
Даже в свой первый раз, пожалуй, так не мандражировал. Сможет ли он? Получится ли? Нет, он понимал, что осечка в первый раз после всего, с ним произошедшего, явление вполне нормальное и даже вероятное. Но, как же не хочется опростоволоситься. Как же хочется быть с ней, как полноценный мужчина. Отрывается от тарелки, и тут же наталкивается на понимающий, горящий огнем ведьмин взгляд.
— Началось… — хмыкает Игорь. — Пойду-ка я.
