Ведьма в академии магов

Еще и краска к лицу прилила, потому что Нейдан тоже с интересом изучал меня.

Возраст молодого человека я так и не определила. На вид – шестнадцать-семнадцать лет. Однако с тем же успехом можно спокойно дать и двадцать – двадцать пять. Не знаю даже, как и объяснить такой разброс. То, что парень физически развит, как взрослый мужчина, сбивало с толку. Кожа на лице гладкая, загорелая, ресницы густые – любая девушка обзавидуется, – такие же медные, как вьющиеся волосы, которые собраны в маленький хвостик на макушке.

– И я рад. Очень, – сочным баритоном ответил Нейдан и улыбнулся. Мое сердечко ухнуло вниз и затрепетало. Помимо воли губы расползлись в ответной улыбке. Не подозревала, что такие мужчины существуют. На обложках модных журналов – да. Но не в этой глуши. – Давно дома не был, если б знал, что тут такая краса поселилась, еще месяц назад вернулся бы. А что, хозяюшки, найдется ли что-нибудь поесть? Устал с дороги да проголодался.

– Все уже на столе. Иди руки сполосни, умойся, и обедать будем. – Фирана отправила сына во двор. Там, у колодца, стояла бочка с водой, используемой для хозяйственных нужд. – Ишь ты, месяц назад вернулся бы! Сам же нашел девочку и видел, в каком она состоянии. Излечение – процесс нелегкий, ненадобно тут лишнего взгляда, – пробурчала Фирана себе под нос. Но я так думаю, информация для меня прозвучала. Получается, пока я восстанавливалась, Нейдан вынужденно жил в другом месте.

Проводив взглядом парня, неожиданно наткнулась на еще одно новое лицо. Сразу и не заметила – девочка, примерно моя ровесница. Медноволосая и зеленоглазая – кроме этих признаков, другого сходства с матерью не было. Подозреваю, что яркую внешность дети Фираны унаследовали от отца. Женщина имела приятные черты, но и только, красавицей, в которую со временем превратится дочь, не была.

– Здравствуй! – обрадовалась возможной подруге. Тем более та открыто улыбалась и с интересом рассматривала меня, как ее брат недавно. – Меня Золаной зовут. А тебя?

Девочка не ответила, продолжая улыбаться. Странно это. И Фирана молчала, хотя сына первым делом представила. Так в чем дело? Взглянув на женщину, сообразила, что та едва сдерживает слезы. Боль на лице выдавала застарелое горе.