Его желтые глаза стремительно темнели, в них разгоралось черное пламя, и мне безумно нравился этот жадный, волнующий взгляд.
Нежность и страсть. Надежда и вожделение.
Поцелуй совпал с моим вдохом, и мне почудилось, что вместе с ним я вдохнула часть души Мина. В голове зазвенело, я судорожно вцепилась в мужские плечи, потянула на себя, ощущая прохладную кожу под ладонями, чувствуя, как стучит его сердце, вдыхая едва заметный аромат мускуса. Касание его губ окончательно лишило меня рассудка, свело с ума, сорвало последние преграды.
Целовался Мин так, что я ощутила себя облаком, которое сейчас взлетит, если он разожмет объятия. Мужчина усилил напор, и я покорилась, сдалась, позволила ему вести в этой партии. Откровенные поцелуи, смелые руки, нервные пальцы на обнаженной коже, бешеный стук сердца под ладонями. Мы целовались снова и снова, и мне хотелось еще больше, еще глубже, еще сильнее... Я со стоном выгнулась, подставляя под поцелуи шею.
– Ты точно этого хочешь?
– Да-а...
От нежности ничего не осталось, меня снесло ураганом желания, простыня улетела в сторону, и только сейчас я осознала, что на мне ничего нет.
Одно дыхание на двоих, кожа к коже, и от этого по телу прокатывалась волна за волной, вызывая новые яркие и сумасшедшие эмоции. Сплетенные руки, жадные болезненные поцелуи-укусы и женский голос...
– Где моя внучка?
Я не знала, что поцелуи могут быть такими. Я чувствовала эмоции Мина и уверена, что он ощущал каждый мой вздох, каждое сумасшедшее биение сердца. Мне до судорожного всхлипа, до стона и дрожи в конечностях хотелось его всего.
..
– Мальчик мой, ты на кого тявкаешь?
– Бабушка?
Если бы на меня вылили ведро ледяной воды, эффект был бы таким же. Я взлетела над кроватью выпущенным из катапульты ядром. За секунду до того как дверь распахнулась, сунула Мину штаны, в которые он буквально впрыгнул, натянула на себя помятое платье и улеглась, накрывшись простыней.
Первым, согнувшись пополам, в комнату протиснулся здоровяк Джиллиус, бабушка крепко, как нашкодившего щенка, держала его за ухо.
За массивной фигурой оборотня невысокую хрупкую ведьму было почти незаметно.
– Когда я спрашиваю, где моя внучка, я жду внятного почтительного ответа! – тоном, каким она обычно зачитывала решения ковена, проговорила бабуля и тут увидела меня. – Армина Шерилин! Почему у тебя на шее засос?
– Здравствуй, бабушка? Как ты здесь оказалась?
– Пришла на твой зов, и что я вижу?
– Что?
Я быстрым движением натянула простыню до подбородка.
