Ведьмак в теле Маркиза 2

Рурик хлопотал над Цаплей — парень все еще был без сознания, но дышал ровно. Кожа, еще недавно совсем белая, теперь приобрела какой-то землистый оттенок.

— С тобой все в порядке? — спросил я ведьму.

— Я… Там… Они… — бормотала она. — Не успели… — выдохнула. — Вы спасли меня снова!

— Вот… — я высыпал на сено горсть золотых монет. — Здесь около пятидесяти тысяч. Рурик, отнеси их той женщине, что приходила к Лилии. Ей пригодится… чтобы начать новую жизнь."

"Старик понимающе кивнул и исчез за дверью. Я присел рядом с Цаплей, и осторожно коснулся его лба.

Жар… Начиналось воспаление. Я синхронизировался с его источником — слабым, едва теплящимся. Внутреннее лечение требовало времени и сил, но выбора у мня не было — парню нужна была серьезная помощь.

Закрыл глаза, погружаясь в целительный транс. Элемент тёк сквозь меня в измученное тело Цапли, восстанавливая поврежденные ткани, борясь с инфекцией. Я чувствовал, как его организм откликается на лечение. Вот только очень уж медленно.

Лилия немного пришла в себя и начала мне помогать.

Принесла воды, смочила губы раненого. В ее движениях чувствовалась механическая отрешенность, словно она действовала на рефлексах, не до конца осознавая реальность.

Вернулся Рурик, застыл у порога.

— Она плакала, — сообщил он. — Говорит, что теперь сможет выкупить свою дочь из борделя в городе.

Я молча кивнул. Затем сделал знак Рурику, и мы принялись сооружать носилки для Цапли. Взяли крепкие жерди и связали их полосками ткани, сверху постелили одеяла.

Получилось грубовато, но достаточно удобно для транспортировки раненого.

— Я изучил карту, — сказал Рурик, расстилая ее на полу. — Нам нужно идти на северо-восток. Там есть проход между скал, он выведет нас прямиком к Изнанке…

— Интересно, кто мог назначить за меня такую цену? — пробормотал я задумчиво, глядя на карту. — Двести тысяч… Виктория? Или все-таки барон Рэйскрофт?

— Думаю, это мы скоро узнаем, — хмыкнул Рурик. — Но сначала надо выбраться отсюда. Метель усиливается.

Он был прав.

Снаружи выл ветер, швыряя в окна целые горсти снега. Видимость падала с каждой минутой, но выбора у нас не было — нужно было уходить как можно дальше отсюда…

Мы вышли в метель, и она встретила нас во всей своей ярости. Ледяной ветер хлестал по лицам, словно плеть, забивал рот и нос колючим снегом. Видимость упала до нескольких шагов. Белая пелена окутала все вокруг, превратив мир в призрачное марево.

Я с трудом различал фигуру Рурика на другом конце носилок.