Онлайн-библиотека книг
Уж в чем в чем, а в этом я спец, и знаю много, что можно сотворить с человеческой кровью.
Мысль о том, что я увижу Викторию еще раз, не оставляла меня. Она явно что-то задумала, и наша встреча точно не была случайной. Так, за экспериментами, я незаметно уснул прямо за столом. Проснулся от мягкого солнечного света, пробивающегося в окно. Открыв глаза, обнаружил Лилию, стоящую передо мной в тонкой ночной рубашке. Сквозь ткань в утреннем свете был отчетливо виден силуэт ее тела. Я видел все его изгибы, мягкие очертания груди, округлости бедер.
Она упёрла руки в бока, её лицо выражало смесь обиды и решимости."
"— Милорд… — произнесла она тихо, но в её голосе послышалась боль. — Я вам настолько противна?
— А? — Я протёр глаза и заморгал. — О чём ты?
— Вам мерзко спать со мной в одной кровати? — она опустила голову, словно бояласьуслышать ответ. — Я думала, что после всего, что было в дороге…
Договорить она не успела — в дверь постучали. Я облегчённо выдохнул, спасённый от этого неприятно для любого мужчины разговора… Встал и потянулся, чувствуя, как ноет спина после сна за столом в весьма неудобной позе.
— Господин! — в комнату вошли Рурик с Цаплей. — Мы все выяснили по поводу корабля. Я тут перекинулся парой слов с местными — похоже, что сегодня в обед один из них как раз отплывает на острова.
— Собираемся, — сказал я, поднявшись из-за стола… Поморщившись от боли, начал растирать себе шею.
Лилия еще несколько раз пыталась завести прежний разговор, но я её отослал умываться и собираться в дорогу.
Когда со сборами было покончено, мы спустились в общий зал. Быстро перекусили и выдвинулись на улицу, нагруженные своими пожитками. Рурик с Цаплей кинулись искать носильщиков и повозку, но тщетно — город так и кипел от бурной деятельности тысяч людей, и все работники в этот час уже были заняты.
Город жил своей жизнью — шумный, запутанный и суетливый. Воздух был наполнен солёным ветром с моря, перемешанным с запахами свежей рыбы и смолы. Наш маленький караван шагал по узким улочкам, где в каждом закоулке таились личности, вступать в общение с которыми не возникало никакого желания.
