Ведьме в космосе не место

Я выскользнула из рубашки, собрала ее в комок и бросила Копернику вслед.

Я сидела на краю кровати, пальцами ног поглаживая шкуру.

– Марта? – столько удивления в голосе, как будто Коперник не в состоянии поверить в то, что это происходит наяву.

Я потянулась, выгнула спину. Больше никаких сомнений. Никаких слов. У тел своя правда и свой способ договориться.

Одно дыхание на двоих.

Легкая шероховатость его ладони на напряженном соске.

Вздох. Невольно я застонала, закусив губу, выгибаясь к нему навстречу.

Еще. Мне хотелось большего.

Властная рука по-хозяйски сминала грудь.

И снова жадный, чуть грубоватый поцелуй наполняет тело сладкой истомой.

Мои пальцы скользят по его ребрам, крепкому прессу. Я в открытую исследую его татуировку, легонько прикусывая кожу.

Нэй отстранился, одной рукой прижал мои запястья. Я дернулась ему навстречу, в тщетной попытке освободиться и обнять.

А вот это был хороший невысказанный приказ, хотелось подчиниться. Отдаться его выполнению со всем пылом и страстью.

Малейшее промедление грозило мне страшной мукой, меня охватил самый древний голод.

Хотелось насытиться, ощутить наполненность, двигаться в едином ритме, определенном самой природой. Нэй прижался ко мне всем телом, вынуждая развести бедра шире.

С моих губ срывались хриплые стоны. Я потерялась, растаяла под напором.

Нэй не остался в долгу: он ласкал самозабвенно. Вся сдерживаемая страсть воплощалась в каждом движении и искала освобождения.

Жар наших тел сделался нестерпимым.

Мысль о том, что все может закончиться, вызвала протест.

Я сильнее обхватила талию мужчины ногами, подстроилась под его движения.

Каждая клеточка наполнилась сладостно-мучительным ожиданием.

Контроль остался где-то далеко. По телу пробежала дрожь удовольствия. Нэй поцеловал, заглушая мой крик, крепко прижимая к себе, чтобы сорваться за мной.

Возбуждение сменилось блаженной усталостью.

Это была безумная ночь. Мне казалось, я только закрыла глаза, когда одеяло поползло вниз. Холодно. На спину легла тяжелая ладонь. Я пошевелилась в попытках отстраниться.

Очень хотелось спать. Но Коперник придвинулся, прижимаясь жарким телом, и принялся поглаживать меня вдоль позвоночника.

– Такая нежная и сонная, – прошептал он. – Будешь просыпаться?

Поцелуй между лопаток вызвал волну мурашек.

Я попыталась сказать, что еще сплю, и закопаться в одеяло. Получилось невнятное:

– Тогда поспи, Марта, – в голосе Нэя слышалась насмешка. – Я не буду тебе мешать.

А рука скользнула под живот, пробралась к груди.