Ведьмина доля

Мы дружно обернулись ей вслед. Мне в ней что-то… не понравилось, а Гоше, наоборот, всё понравилось.

Я втянула носом воздух и поняла:

— Иллюзия? Ты умеешь делать видящие иллюзии и смотреть их глазами?

— Я полон сюрпризов, — улыбнулся он небрежно. — И, скажи-ка, нечисть воздушная, сколько здесь живых людей?

Нахмурившись, я быстро изучила сквер. Ночь подкралась незаметно, погружая аллеи в оранжевый полумрак фонарей. И нас в ней было трое. Дышали одним воздухом только трое. А глаза… врали, показывая еще пятерых.

— На кой черт тебе эта толпа? Для антуража?

— Да, сказочного. Или притчевого? Я слушаю тебя очень внимательно.

С минуту я молча шла, глядя под ноги. Запах безымянного то приближался, то удалялся, но левая рука не зудела, не откликалась на амулеты. То есть… он не рядом. Затаился и следит.

— Он телепат? Мысль?

— Чем шире и насыщеннее информационное поле, тем сложнее телепатам найти путь в нужный разум, — пояснил наблюдатель ровно.

— Думать несложно.

— Погоди. А этот тип…

Гоша закатил глаза. Да-да, побудь в моей шкуре…

— Да, буду бомжем, — хмыкнула.

Похоже, безымянный боится того, что предстоит сделать…

— Я бы не повелась, — заметила, оглядываясь.

— Так ты — необычный человек, — отозвался наблюдатель. — Помнишь про восприятие нечисти? Теперь я могу сказать то же самое про людей. Их обманывать я учился с пеленок. А он, несмотря на кровь одержимого, по сути человек. Расслабься.

А рискни здоровьем… Я помолчала, собираясь с мыслями. Изольда Дмитриевна между «упал — отжался» и «бежать отсюда и до заката» любила рассказывать истории — и случаи из практики, и ведьминские легенды. И одну из них, услышанную между «Ульяна, ты бездарь!» и «Никакого отдыха, пока не выучишь!», я и вспомнила. Но мысли собирались с трудом. Отвлекали чужая рука на талии и страх безымянного. Инстинкты нечисти нервничали и настоятельно рекомендовали набить морды обоим наблюдателям.

— Жила-была девушка, — я нашарила в сумке лекарство. На два глотка, но и то хлеб. — Жила одна, сиротой, на краю деревни. Местные ее побаивались и называли ведьмой. И не зря — она обладала способностью видеть мертвых. Но — только видеть. Когда призраки приходили поговорить и объяснить, что им нужно, она ничего не понимала. И чаще всего ее навещала мать.