Ведьмина тайна

– А кто провожатый? – не отступалась я.

– Наберись терпения, – увильнул от ответа Бахтияр. – Мне нет нужды тебя подставлять. Я по-прежнему очень хочу найти Гуню. Если не спасти… то хотя бы найти раньше всех.

Это «наберись терпения» прозвучало как «незачем пугаться раньше времени», и я заподозрила в обещанном провожатом нечисть. Вряд ли «нетопырь»… но всяко кто-то из «подопечных».

Я не запомнила, как добралась до бара. И не заметила. Я промокла, продрогла, устала и опять проголодалась. И адреналин, питавший меня наравне с желанием выжить, иссяк.

К «Чёрному призраку» я подошла уныло хлюпающей всем, от балеток до носа, дрожащей лягушкой. Которой, само собой, по канонам жестокой реальности не грозили ни прекрасные принцы, ни волшебные превращения. К счастью, да. И так всего сегодня… немного слишком.

В баре – нонсенс! – не было ни одного посетителя. То ли внезапная гроза разогнала завсегдатаев по своим диванам, то ли что-то другое, но в чёрном-чёрном зале обретался только Вовчик. Меланхолично полируя стойку, он любовался струящейся по оконным стёклам водой и казался очень умиротворённым.

Пока нас не увидел.

– Ну ты и зверь, заклинатель, так над девчонкой измываться, – душка-бармен нахмурился.

– Молчал бы, нечисть, – Бахтияр вытер мокрое лицо не менее мокрым рукавом ветровки. – Зато живая.

Меня опять, в который раз за эти бессонные сутки, ударили под дых.

– И т-ты, Брут? – возмутилась я, заикаясь. От холода.

– Я с патентом, – оправдался Вовчик. – Имею право жить, работать и, кстати, хранить относительно себя молчание.

Садитесь, накормлю на дорожку.

– А п-полотенец дай, – попросила я, складывая зонт. – П-пожалуйста.

И, получив требуемое, удалилась в туалет. Обтёрлась, повертелась у сушилок, согреваясь, и обдумала план действий. Вернее, попыталась. Он оказался скучным, примитивным и вгонял в тоску. Худо-бедно просушив балетки, я вернулась в пустынный зал и села за стол напротив Бахтияра. Он уже съел свою порцию позднего ужина и курил, глядя то в залитое дождём окно, то в пустую чашку кофе.

Курил нервно и много – одну за другой.

Подошёл Вовчик с моим ужином – своей обычной танцующей походкой «с полным подносом сквозь толпу», и впервые я подумала, что…

– Ты из-за амулета ко мне так подходишь, да?

– Я – мелкая нечисть, – пояснил душка-бармен смущённо. – «Муравей». Высшие, наверно, от тебя не шарахаются, если не со злом. А мне… неприятно. Для меня эта штука слишком сильная. Колючая и горячая. Извини. Ешь.