Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара

— Ты кто такая?! Немедленно отошла от дракона! — иду на нее, в руках мгновенно вспыхивают огненные шары. — Если сейчас же не отойдешь, поджарю!

— Ты как всегда слепа, раз судишь только по внешней оболочке, — фыркает девка.

Кого-то она мне напоминает. Даже замираю на мгновение. Идеальное лицо мне не знакомо, а вот глаза…

— Сентелла? — неуверенно высказываю странную догадку.

— О… дошло. Мне надо аплодировать? — и голос у нее изменился, стал звонким, нежным.

— Но как? — хмурюсь.

— В этих стенах, я смогла принять свой человеческий облик, — объясняет с неохотой.

Но! Это не отменяет факта, что она там делает с моим драконом?! Стоп… я сказала с моим?! Пусть мысленно, но произнесла. Тут же краска заливает щеки… Нет! Я не соглашалась, я не готова! Все не так!

А потом взгляд падает на окровавленное тело Ландера, и все мысли вмиг улетучиваются. Главное — это помощь ему. А потом все остальное… Но Сентелла его не получит! Фигушки! Откуда у меня эти собственнические замашки?

— Ландер! — сажусь рядом с ним.

Бледное лицо, губы в запекшейся крови, едва улавливаю слабое дыхание, на животе рана.

— Я пробовала ему помочь… но… — Сентелла стоит за моей спиной.

— Маша сможет! — каркает Семен и летает вокруг.

— Спасибо за доверие… Только как? — провожу рукой по холодной щеке Ландера.

— Все в твоих руках, — говорит, подошедший к нам Эсвель. — Я вижу, что его огонь угасает, и мы тут бессильны.

— Кроме тебя! — добавляет Августина.

— Я вам что врач! Лекарь, или еще кто, — недовольно бурчу.

Но умом понимаю, что они правы. В этом мире действуют другие законы… И вот эти метки, их силу я долго отрицала, но больше не имею права игнорировать. — Хоть подскажите, как действовать?

— У тебя есть ответы, перестань быть слепой и глухой. Прозрей, наконец! — шипит на меня Сентелла.

— Не зуди над ухом, — отмахиваюсь.

Страшно, когда от тебя зависит чья-то жизнь. Еще страшнее, что можешь не справиться.

Голоса вокруг меня стихают. Есть только он и я. Смотрю на бледное лицо, рассматриваю каждую черту, исследую пальцами, и понимаю, что мне нравиться, вот так касаться его, а еще я хочу ощутить тот жар, который он всегда истощал.

Но сейчас только холод, что с каждой минутой все больше распространяется по телу. Он отбирает жизнь, Ландера, опутывает сердце…

Все это я ощущаю и даже вижу… как не прискорбно признавать, но Сентелла, оказалась права, есть еще иное зрение, то что проникает в душу, то что позволяет увидеть человека рядом как под микроскопом.