Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара

Надо же отпраздновать наше возвращение. А днем уже позовем всех наших друзей. Я и не думала, что успела так истосковаться по ним.

Сила моя, что отчасти дремала в другом мире, просыпается. Огонь накрывает с головой, кажется, даже деревья питают нас, и на волне этой необъятной энергии, чувства становятся еще острее. Растворяюсь в объятиях своего мужчины. Больше нет сомнений только наша любовь… вечная и яркая как миллиард огненных звезд в ночи.

— Вот не могла ты день подождать? — недовольно бурчит Сентелла.

— Не виноватая я, он сам на волю попросился, — счастливо улыбаюсь, глядя на новорожденного сына.

— А у тебя всегда так. Тебе значит две свадьбы. А мне одну и ту… все внимание на тебя, — морщит нос, а с трудом прячет улыбку. Подобрела зеленая дева за эти месяцы.

Любовь ее изменила. Хоть она оказалась еще упрямей меня. Очень долго не подпускала к себе Ротвальда. Но мы с Ландером не сдавались, знали же на собственном опыте, что любовь, она все равно победит. Но иногда упрямцев нужно подтолкнуть друг к другу.

И вот сегодня состоялось их бракосочетания. Сентелла была великолепна в зеленом платье, украшенном узумрудами, кружилась в вихре магии, и сияла рядом с супругом. А мы с Ландером стояли в стороне и мысленно переговаривались, насколько упрямцы подходят друг другу.

Августина с дочерью на руках стояла, положив голову на плечо Мараску. Ее сейчас не узнать. Материнство ей однозначно к лицу.

Семен как всегда зажимался со своей супругой. А вокруг них, не останавливаясь ни на секунду, бегали их трое котят.

Наш мир преобразился. И я теперь благодарна судьбе, что так удачно попала. Иной судьбы более не желаю.

И в разгар веселья, наш с Ландером сын решил появиться на свет. Честно… я уже заждалась.

В покои врывается мой супруг. Его Сентелла не пустила и он, обратившись в дракона, летал кругами и мысленно слал мне успокаивающие послания, хоть сам изнывал от переживаний.

— Все хорошо?! — смотрит грозно на Сентеллу.

— Ну как сказать… моя свадьба…

— Моя жена! Мой сын! — перебивает ее.

— Эгоисты! — бурчит Сентелла.

— Ничего, ничего, у тебя все впереди, скоро нас поймешь, — говорим хором с Ландером и смеемся.

— Я уже понимаю, — неожиданно улыбается, и вытирает слезу, скатившуюся по щеке. — Поздравляю, с рождением наследника, — и выскальзывает из покоев.

Все же у нас самые лучшие друзья!

— Спасибо за сына, родная, — Ландер осторожно присаживается на краешек кровати. Осторожно берет малыша на руки.