Ведьмы, карта, карабин

Пришлось рукоятью «тауруса» выбить простреленное стекло и снять блокировку. После этого выдернул мертвеца наружу и понял, что в стрельбе не было никакой нужды — тело уже порядочно закоченело, а на резиновый коврик натекла целая лужа крови. Без неотложной помощи выстрел из дробовика оказался смертельным.

Заскочив на водительское сиденье, я захлопнул за собой дверцу, с пробуксовкой развернул грузовик и погнал прочь. На выезде со двора вдогонку прогрохотало несколько выстрелов, я лишь пригнулся и еще сильнее вцепился в баранку.

Стоило бы выключить габариты, но разбираться с приборной панелью просто не оставалось времени. На глубоком снегу машину вело из стороны в сторону, колеса беспрестанно попадали в какие-то выбоины, руль трясло и мотало.

Но не завяз, не забуксовал. Вывернул на дорогу, прибавил газу и помчался прочь так быстро, насколько позволяла снежная каша под колесами и отвратительная видимость. Вскоре выстрелы смолкли.

Вырвался!

Хмель2 мая, субботаПервый раз остановился, отъехав километров на семь.

В рассаженное боковое окошко дул ледяной ветер и залетал снег, поэтому левая щека потеряла всякую чувствительность, руку нестерпимо ломило от холода. К тому же при каждом резком торможении что-то перекатывалось в кузове и ударялось о заднюю стенку кабины. Это раздражало и отчасти даже пугало.

Остановив грузовик прямо посреди дороги, я распахнул дверцу и первым делом выкинул на улицу резиновый коврик с натекшей на него кровью. Сиденье оттирать не стал даже пытаться; там она уже подсохла, только время зря потеряю.

Хотя если начистоту — следовало бы; мало ли кого свежая кровь приманит…

Потом с револьвером в руке заглянул в кузов и даже выругался от неожиданности. В кузове валялся труп молодого парня. Судя по входному отверстию аккурат посреди макушки, вместо ведьмы одна из пуль, пробив крышу кабины, угодила в водителя.

Я поднатужился, перекинул его через борт и быстро вернулся за руль. Нервно глянул на две дыры над головой, растер щеку, раскатал на лицо вязаную шапочку и тронулся с места.

Закрыть разбитое боковое окно было нечем, да и не дело на ночной дороге слишком долго стоять в пропахшей свежей кровью машине. Чревато это.

Ехал не слишком быстро, поскольку свет фар вяз в мельтешении падавших с неба снежинок, а со скрипом и скрежетом ходившие из стороны в сторону дворники очищали лобовое стекло не самым идеальным образом. Обзор оставлял желать лучшего.

До упора утопил педаль газа только раз, когда заметил смазанное движение у обочины.