Веер

Родители от голода померли в Эфиопии, сам был скелетик ходячий…

Чувство опасности – резкое и тревожное – пронзило меня. Я поднял взгляд на старика. Глаза Кирилла Александровича сузились – он тоже понял свой прокол.

– Как же мама, которая капусты никогда не видела? – спросил я. – А, товарищ майор? Как там пирожки, уже позиции заняли?

– Заняли, – сухо сказал бывший майор и бывший таможенник. – Кирилл, не валяй дурака. Мне позволили держать проход открытым в качестве эксперимента. Больше этого не повторится.

– Неужели взорвете посреди Москвы термоядерный заряд?

– Изолировать твою башню можно и более простыми методами. Ну а с тобой… с тобой разберутся.

– А если я откажусь? Встану и уйду?

– Тебе не позволят, – просто ответил старик. Потянул руку к шляпе, будто собрался надеть ее.

– Не советую, мастер. Настоятельно не советую, – сказал я. – Ничего не трогайте, не вставайте, не машите руками. Не подзывайте Романа. Улыбайтесь.

– Пиво можно пить? – спросил старик, помедлив.

Он медленно выпил пива. Уверен, мозги у него сейчас работали на полную катушку. У меня – тоже.

Если я прав… а я чувствую, что прав, то вокруг меня уже собралось и смыкается кольцо облавы. Вряд ли это те, кто был здесь до меня. А вот недавно подъехал автобус с туристами… я скосил глаза. Да, что-то среди них явный избыток молодых коротко стриженных ребят, беленьких и черненьких вперемежку. И несколько девиц тоже страдают излишней рельефностью бицепсов и плавностью движений.

Еще – странновато они одеты для лета. У всех либо пиджаки через руку переброшены, либо плащи. У некоторых спортивные сумки свисают с плеч…

– Тут нет функционалов, – сказал я с облегчением. – Только спецназ. Не успели, да?

– Опомнись, мальчик, – раздраженно сказал старик. – Когда пулеметные очереди превратят тебя в фарш, никакие способности функционала не спасут!

– Счастливо оставаться, Кир Саныч.

– Ну, как знаешь, – также не сразу ответил старик.

Я встал с кружкой в руках.

Разумнее всего пойти к стойке, будто мне так захотелось пива, что невмочь дожидаться официанта. А уже оттуда, от дверей ресторана, броситься за угол, перебежать дорогу, нырнуть в лес – и к башне…

Кирилл Александрович одним быстрым движением схватил свою трость. И, не вставая, крутанул ее в руке, обрушивая на меня.

Первым моим желанием было поймать, перехватить палку – и стукнуть вздорного старика в ответ! Но я уклонился.