Вегетация

— Витюра, место моё займи, — распорядился Егор Лексеич. — Держи машину под лестницей, пока мы этот самовар не загасим.

С капота мотолыги на лесенку экскаватора Егора Лексеича подсадили Фудин и Серёга. Егор Лексеич поднимался неторопливо и уверенно. За ним двигались Фудин, Серёга, Костик, Холодовский, Митя и Маринка.

От двери вглубь драглайна тянулся неширокий стальной коридор, тускло освещённый лампами в плафонах. Преграждая путь чужакам, в коридоре стоял взволнованный светловолосый парнишка чуть постарше Костика.

— Не дури, — по-отечески предостерёг его Егор Лексеич. — У нас автоматы и базуки, и нас больше, а вас всего пятеро. Спрячь пукалку свою.

Коридор плавно качнулся — драглайн делал очередной исполинский шаг. Егор Лексеич опёрся о стенку.

— Кто вы такие? — непримиримо спросил парнишка.

— Просто бригада с Магнитки. Жратву возьмём, и всё, не ссы.

— Вы нас ограбить, что ли, намерены? — удивился парнишка.

Он смотрел с каким-то облегчением и даже с лёгким презрением.

— А куда деваться? — вздохнул Егор Лексеич.

— Откуда знаете, что нас пятеро?

— Пять мопедов на крыше. Хорош базарить, веди в штаб или что там у вас.

— Я в машинный зал схожу, — сказал Егору Лексеичу Холодовский. — Отключу передачу с главного дизеля на гидравлику передвижения. Думаю, там второй контур есть или аварийная система, так что оставлю интерфератор и свет. Ночевать ведь здесь будем, да?

Драглайн внутри очень напоминал корабль: коридоры, отсеки, лестницы — но ни одного иллюминатора.

— На вертолёте забрасывались? — поинтересовался Егор Лексеич.

— Да, — буркнул парнишка. — У нас каникулы. Мы форест-пати устроили. Сюда многие на форест-пати прилетают, драглайн — популярный объект.

— Сами-то с Челябы? Студенты?

— Студенты, но из Еката. Нас предупреждали на кафедре, что местные хищничают, однако мы не ожидали, что так нагло.

— Вам тут — забава, а у нас — работа, — усмехнулся Егор Лексеич.

— Ага, работа, — скептически ответил парнишка.

Митя почему-то чувствовал симпатию к этому горожанину, и было стыдно за грубое вторжение и принуждение.

— Дядь Егор, можно я мопед на мотолыге повезу? — спросил Костик.

— Сам тогда пешком почешешь.

— Ну, я сбоку его как-нибудь прикручу! — заканючил Костик.

— Отъебись! — бросил Егор Лексеич.

— Кают-компания, — нехотя пояснил парнишка, открывая дверь.