Вегетация

Маринка приблизилась к нему вплотную, положила руку ему на затылок — такой же вихрастый, как у Серёги, — и пригнула его голову к себе. Митя всё понял и обнял Маринку. Губы у неё были мягкие и горячие. Митя целовал Маринку уже так, как целуют свою девушку, но не стал её лапать, как непременно полапал бы жадный Серёга, и это Маринку слегка разочаровало. Сейчас она жаждала всего, и разная там культурность ей только мешала. Лес в глазах у Маринки был тёмный-тёмный, затихший, как соучастник, деревья напряжённо растопыривали ветви, движения вязли в густой синеве.

Но Митя вдруг распрямился и оглянулся куда-то в сторону.

— Кажется, там кто-то в кустах…

Маринку весело распалил его страх.

— Чё, Серёгу боишься? — шёпотом дерзко спросила она.

Митя посмотрел на Маринку, и в его взгляде она с удовольствием прочла мягкую готовность не отступить и взять своё.

— Никогда его не боялся, — с лёгкой усмешкой ответил Митя.

Сладкая игра в опасность увлекала, и Маринка поддалась ей.

— Серёга крутой, — поддразнивая Митю, сообщила Маринка.

 — Он Харлея убил и бросил в болото. Только никому не говори.

Митю позабавило, насколько наивно это звучит. Агрессивные и грубые лесорубы — и Серёга с Маринкой тоже — зачастую были инфантильны, как злые дети. Угрозы и хвастовство у них всегда были про деяния по максимуму.

— Врал он тебе, — сказал Митя. — Впечатление хотел произвести.

Ему стало жалко Серёгу и чуть-чуть стыдно за его убогие выдумки.

Маринка гибко выскользнула у Мити из рук и опустилась в папоротник, и Митя опустился вслед за ней.

Он волновался, будто готовился получить награду на празднике. Да, награда заслуженная и праздник никто не отменит, но Митя всё равно волновался. Он стряхнул с себя рубашку и отбросил её в сторону.

— Ого! Откуда шрам? — спросила Маринка, трогая пальцами его грудь.

Митя посмотрел на белое бугристое пятно.

Маринка легла на спину в разлив орляка, её глазища сияли тьмой. Митя принялся расстёгивать тугой ремень на Маринкиных джинсах. Кусты поодаль опять беспокойно зашевелились и зашуршали.

Наверное, там было спрятано какое-то гнездо. Митя поневоле оглянулся через плечо.

— Да нету там Серёги, дурак, — тихо засмеялась Маринка. — Серёга далеко, он уже не вернётся сегодня. Он к Алабаю ушёл.

— К Алабаю? — механически переспросил Митя. — Зачем?..

— Выдаст себя за тебя, за Бродягу, и выманит «спортсменов» на засаду. Дядь Гора так придумал…

Митя ещё возился с Маринкиным ремнём, но руки его замедлились.

— Сергей выдаст себя за меня?..