Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018

Феликс как пуля промчался через центр, где высилась игла мечети с уже привычным полумесяцем, и потащил за собой пыль вниз по улице, которая когда-то, естественно, называлась Ленина, а теперь носила такое заковыристое название на арабском, что язык сломаешь. Перед полосатым шлагбаумом свернул налево, въехал на горку и дал по тормозам как раз напротив дома под номером девятнадцать. Всё — основная часть пути была закончена. Теперь всё зависело от малости — заплатят или не заплатят, или убьют прямо здесь, а машину продадут в Турцию.

Просигналить он не успел. Из дома выскочил Бирсу Акиев собственной персоной, высокий, худой, жилистый, неопределённого возраста — где-то между пятьюдесятью и семьюдесятью пяти, в неизменной папахе и в сапогах, сноровисто распахнул ворота и нервно махнул рукой, мол, заезжай, заезжай, не мозоль глаза.

Феликс о нём почти ничего не знал, кроме того, что Бирсу Акиев при российской власти имел транспортную фирму, а с возникновением Имарата Кавказ вынужден был отдать её за бесценок кому-то из Грозного, кому она приглянулась, о чём, похоже, теперь абсолютно не жалел, потому что торговые пути были разорваны и возить грузы по стране, которая вмиг стала размером с копейку, стало нерентабельно.

И вообще Имарат Кавказ до сих пор раздирали противоречия уголовно-экономического плана: шёл передел собственности, и власть склонялась то к одному тейпу в зависимости от того, кто приходил в Высший шариатский суд, то к другому, то к третьему, то к четвертому и сменялась так часто, что уследить было невозможно. Феликс в этом не разбирался и разбираться не хотел, хотя писал раз в две недели передовицы и тут же забывал все имена и должности, благо под рукой всегда был Интернет. Главная идея всех статей, которая, естественно, спускалась свыше, — как хорошо отныне живётся в новоиспечённой республике Имарат Кавказ и как плохо было под гнётом России. Кто платит, тот и заказывает музыку, злорадно думал он, презирая всех тех, кто проиграл в политической борьбе с Михаилом Спиридоновым. А как вы хотели? Недаром Рыба твердил: «Основная ваша задача приучать население к мысли о неизбежности экономических потерь в борьбе за „новую свободу“». Феликсу, разумеется, это не нравилось, хотя, с другой стороны, за что боролись, на то и напоролись — и чичи тоже, только, похоже, им во сто крат хуже, потому что им на голову ещё и упал догматический шариат, но зато на фоне полной и неотвратимой свободы. Ну и флаг им в руки, то бишь полумесяц.