- Здравствуй Могута Мстиславович, - я лишь слегка кивнула, надеюсь, это не обидит воеводу.
Брови воина вскинулись в немом изумлении.
- Всегда дядькой величала, а тут по имени, да по отчеству, али обидел я чем тебя, княжна? – глаза воеводы сделались печальными.
- Прости…дядька, только мне сейчас нелегко, никак я в себя не приду после всего, что случилось… - я старалась не вдаваться в подробности, надеясь, что Могута не начнёт расспросы.
- И ты прости, Настенька, всем нам тяжело пришлось, - вздохнул воевода и присел рядом со мной, - о чём хотела ты поговорить?
Я замялась, но, быстро собрав мысли в кучу, заговорила:
- Дядька, проводи меня на городские стены.
- Что ещё удумала, разве пристало княжне по стенам лазить?
- Хочу посмотреть, сильно ли пострадал город от печенегов? Пешком обходить долго, а так сверху всё видать. Ведь жителям нужна помощь. Что мы сможем для них сделать?
Могута задумался, а потом поднял на меня одобрительный взгляд:
- Правда твоя, Настасьюшка, тебе городом владеть, надобно и о народе позаботиться, погорельцев немного, а всё же помощь люду потребна.
- Только прошу тебя, подскажи, как правильнее поступить? Ты был правой рукой отца, всё знаешь, всё умеешь. Помоги советами, научи, как быть теперь? - я внимательно наблюдала за Могутой, как отнесётся он к этой просьбе?
Воевода улыбнулся:
- Будь по-твоему, княжна. Сегодня уже вечереет, не след по стенам в потёмках бродить, да и что теперь узреешь в городе? А завтра поутру буду ждать тебя во дворе перед крыльцом, сходим, глянем, что степняки натворили, да и обсудим, как дальше жить.
Он ласково погладил меня по руке:
- Не печалься, Настенька, не одна ты, каждый в городе за тебя жизнь отдаст и поможет чем сможет.
Я поблагодарила Могуту и проводила его до лестницы, возможно, и неправильно это, но видно, что старому воину было приятно моё почтительное обращение.
За окнами смеркалось, вернувшись к себе в светлицу, застала там Алёнку, которая уже расправляла постель: все дни я старалась ложиться пораньше.
Не стала засиживаться и в этот раз, разделась и забралась на мягкую перину, где и провалилась в глубокий сон.
Глава 8
Интерлюдия
Могута Мстиславович
Воевода в одиночестве сидел в дружинной избе, в большой трапезной, задумчиво глядя перед собой и хмуря кустистые брови, нет-нет, поджимая губы. Его размышления прервал неожиданный посетитель - Мокша.
