Что-то смутно вспоминалось, но мысль терялась в давности времён.
А ежели к нашему волхву обратиться? Лепша не поймёт его думы, может, и народ против княжны настроить, ежели усомнится в Настасье. Нет. Не скажет Могута ничего.
Хотя не он один замечает странности княжны. Вот и Дана жаловалась, что Настя совсем переменилась, больше не зовёт девушек вечера за прядением да вышиванием коротать. Сидит с Алёнкой одной, никого более к себе не подпускает. Трапезничает тоже большей частью у себя в светлице. Прикрикнул тогда на ключницу воевода, что княжна родителей и братьев в один день лишилась, а каждый справляется с горем по-своему.
Поверила ему Дана, но Могута не верил сам себе.
Прошедшие дни не принесли облегчения: раньше бы Настасья мысль свою высказала, да и воеводе дело поручила.
А сейчас? Вспомнил воин, как наравне с мужиками таскала княжна воду и гребла снег. Руки в кровь сбила, но ни словом не обмолвилась. Тихая прежде, теперь отдавала приказы звонким голоском, да так споро, что и батюшке впору позавидовать!
Ох и тяжела ноша! Дадут боги, всё наладится, а только Настенькиной погибели Могута не желал, берёг он её сызмальства, сохранит и сейчас.
..
Глава 11
Интерлюдия
Тихой, беззвёздной ночью неспешно шагала армия Илдея на приступ. Неслышно было голосов, ржания коней - снег приглушал стук копыт. Словно тень, растворившаяся в ночной мгле, беззвучно и неумолимо надвигалась волна захватчиков, готовая смести непокорный город с лица земли. Хан велел не пускать лошадей в галоп, чтобы не прознали раньше времени русичи о приближении врага.
Он знал, скоро дозорные увидят чёрные кляксы его воинства, растёкшиеся на белом насте. Но тогда станет уже поздно, в ход пойдут железные крючья с верёвками, по которым заберутся воины в город, сожгут всё дотла, и уведут в полон жителей. Илдей сам возглавил этот набег, хотел посмотреть, как будет погибать Вежа, пройтись по пепелищу, что станет могильным курганом для дружинников и ненавистного Могуты. В предвкушении он нервно облизнул губы и зловеще усмехнулся – мысленно празднуя скорую победу.
Потерев руки в предвкушении и, едва удерживая горячего коня, подумал:
«Потерпи, скакун, ещё немного и сорвёмся в галоп, вторгнемся в город, так же неумолимо, как смерть».
Второй отряд сейчас пробирался по лесу, хан не намеревался сразу нападать на город с двух сторон. Отдал воинам приказ жечь посад, что стоял у реки за городскими стенами. Огонь в незащищённых жилищах заставит дружинников принять бой и выйти из города.
