Великий маг, вернувшийся за ней

Для него это всё произошло годы назад, но для меня города, люди и боги были живыми буквально несколько месяцев назад, мысленно я представляла старую и современную карты мира, отслеживая ход войны.

Масштаб превосходил все предыдущие войны, даже боги в своей борьбе за мир так не расходились, именно поэтому я не верила, что Лисар мог справиться с подобной ситуацией. В конце концов, он был воспитанником храма, и это навсегда определяло узость его мышления, но…

— …Поэтому я их предал.

Это было… как взрыв. Все слова о том, что чувства ко мне расширили горизонты Лисара, могли быть хвастовством и заблуждением, только одна эта фраза меняла всё.

Мы смотрели друг другу в глаза. Наши колени почти соприкасались, но мне не хотелось увеличить дистанцию, я рассматривала лицо Лисара, стараясь отстраниться от его красоты и разобрать характер.

Я впервые посмотрела на него по-настоящему. Даже если Лисар солгал, я уже не могла изменить того, что его слова заставили меня обратить на него действительно вдумчивое внимание.

— Тот пленник, — не слишком громко произнесла я.

— Совершенно верно, — кивнул Лисар. — Через него мне удалось связаться с нашим противником.

Подумав, Лисар ответил:

— Мне кажется, в целом они не слишком отличаются от нас, раз их души могут маскироваться в нашем мире. Конечно, они не были абсолютно искренни со мной, так что я мало знаю об их мире.

Наша договорённость была простой: они помогают мне загнать в угол богов, чтобы те согласились тебе помочь, а я после этого должен был помочь уничтожить богов быстрее, чем наши враги справились бы своими силами. В конце они должны были оставить для нас остров без антиманы.

Улыбнувшись на мой недоверчивый взгляд, Лисар принялся описывать сражения, благодаря которым он постепенно возвышался над остальными боевыми жрецами. Из-за договорённостей с врагами Лисар лучше всех умел предсказать их поступки.

Постепенно его победы снискали ему доверие богов.

Благодаря этому доверию он смог заманить их в ловушку. Правда, сначала пришлось посодействовать уничтожению всех других армий, чтобы остаться последней надеждой богов.

Я смотрела в эти ясные синие глаза и не видела в них ни намёка на раскаяние. Цокот копыт оттенял его страшные слова, которые были слишком похожи на правду.