Великий маг, вернувшийся за ней

Вот только… обычно жаждущие задорной близости со мной радовались моей необычности и мужской одежде, а желающие долгих отношений всегда в итоге пытались сделать меня женственнее, настаивали на платьях. Поэтому просьба Лисара несколько насторожила.

Откинув голову, я посмотрела в его полные восхищения глаза. Кончики его задрожавших пальцев скользнули по моей щеке. Лисар наклонился, и его губы очень осторожно коснулись моей скулы. Мешок с платьем не удержался и с шелестом шёлка соскользнул к ногам Лисара.

Он обнял меня за плечи и тихо прошептал:

— Прости, я не подумал, что тебе могут категорически не нравиться платья.

Что-то снова дрогнуло в моём сердце.

— Наверное, тебе часто надоедали такими глупостями, — Лисар опустил руку и поймал мою ладонь, переплёл наши пальцы. Отстраняясь, нежно улыбнулся мне. — Идём, пока танцы не закончились. И не забудь надеть маску.

Лисар потянул меня за собой, совершенно не заботясь о шёлковом платье.

— Погоди, погоди, — рассмеялась я.

— На самом деле для бальных танцев идеально подходят платья.

Это было правдой. Даже лихие танцы у костра буквально требуют широкого подола.

Остановившись, Лисар оглянулся на меня. Его глаза были полны пристального внимания. Даже полгода совместной жизни спустя он продолжал меня изучать. Очень осторожно изучать, словно я какая-то трепетная лань. Это одновременно мило и смешно. И приятно.

— Я сейчас переоденусь.

Конечно, платья мне непривычны. Но я не любила их использовать не только поэтому.

Проблема была в моей недостаточно примечательной внешности. Я не была страшной, просто даже в самом роскошном платье оставалась обыкновенной, и лишь мужская одежда и броня придавали мне некоторую оригинальность, выделяя среди женщин.

Но с этим новым соблазнительным телом, под восхищённым взглядом Лисара я не видела никакой сложности в том, чтобы потерпеть неудобство платья ради красоты и ещё большего восхищения в его взгляде.

Я переоделась в ближайшей гостиной.

Лисар помог мне справиться с пышным платьем, одна половина которого была белой, а другая — красной. Маска, наоборот, с одной стороны была красной, а с другой — белой. И даже ожерелье состояло из рубинов в красном золоте и алмазов в белом. По крою платье было простым, но ассиметричное соединение двух ярких цветов, открытые плечи, поднятая роскошная грудь, контраст тонкой талии и расширяющегося подола делали облик ослепительным.