Великий маг, вернувшийся за ней

Задыхаясь, кашляя, отчаянно цепляясь за трещины в полу и уползая к выходу.

То обжигающее место — это ведь были чистая антимана и мана, столкнувшиеся в момент взаимного уничтожения. Я не хотела вляпаться в ещё одну такую лужу, поэтому приходилось ощупывать пространство вокруг. Зрение по-прежнему не помогало: хотя немного посветлело, слёзы текли так сильно, что ничего невозможно было разглядеть в сумраке зала за их пеленой.

Руку снова обожгло, и я стала оползать очередной участок горящей антиманы и маны, рядом кто-то прополз.

И ещё перелетел через меня. В вое и криках наметился омерзительно звенящий визг. А я подумала, что, возможно, мне следовало оставаться на оговорённом месте…

Храм завибрировал, и я быстрее поползла к выходу. Если боги смогут его поднять и улететь, у меня больше шансов договориться с чужаками, чем с ними.

Мелкая дрожь охватила всё, пол дёрнулся — и всё рухнуло вниз. С грохотом и треском, перекрывшим даже вой, храм насадился на каменную пирамиду — источник антиманы. Дышать стало совершенно невозможно, но я продолжала упорно ползти к выходу.

Теперь я могла различить его по чуть более яркому свету.

Но где Лисар? Я надеялась, он не искал меня возле трона Шолотля.

Позвать? Вряд ли он услышит меня во всём этом оглушительном визге. Мне следовало выбраться и отдышаться, а потом… потом как-нибудь разберёмся.

Опять на меня кто-то налетел, я отпихнула ослабевшего бога ногами и в отчаянном рывке выбралась на крыльцо. Всё кружилось, только в передышке я осознала, насколько ненормально моё состояние, что дело не только в оглушающих криках и невозможности видеть.

Попыталась встать, тут же рухнула на крыльцо. Ползком двинулась к его краю, скатилась на неприятно шершавую жёсткую поверхность острова и жадно втянула мёртвый воздух.

Антимана… везде здесь была антимана, пыталась пробраться в моё тело. А мана вытекала из трещин в храме и, соприкасаясь с поверхностью острова, загоралась, распространяя вокруг мерзкий едкий дым… Только здесь, на воздухе, он был пожиже, и слёзы текли уже не так сильно, я смогла смутно разглядеть это всё.

— Вот ты где, — изрядно помятый, словно пожёванный, в изодранной и обгоревшей одежде Лисар спрыгнул с крыльца и перекатился по земле ближе ко мне.

С его рассечённой скулы и плеча капала кровь, но, не долетая до земли, рассыпалась в пепел. Я поморгала, думая, что мне мерещится из-за остаточной пелены слёз, но нет, его кровь действительно разлагалась на воздухе в пепел.