Великий маг, вернувшийся за ней

Не всегда полезная, кое-где дети играли, где-то шалили, а где-то плакали. С верхней крытой площадки центральной башни было видно всё.

И сады, и лужайки, и рассыпанные по территории здания, и статую богини Элеи (так, на случай, если она решит снова явить себя миру), и тянущуюся через поля дорогу, по которой ехали три экипажа с новой группой сирот.

Дана Лир, давно закончившая академию стражей и прибравшая к своим деловым рукам Кериша, уже торопилась к центральным воротам встретить новичков, объяснить, что здесь и как.

Лисар и Варда стояли на верхней площадке центральной башни, опирались на каменные перила, соединяющие каменные опоры остроконечной крыши, и оглядывали свой рыцарский орден «Приют», в котором учили настоящих магов — тех самых, что получали магию не при рождении, а своим трудом.

Магов, которые могли развиваться.

Как триста лет назад.

В ордене всё было в порядке. Лисар отступил от перил и развернулся к большому плетёному креслу-полусфере, в подушках которого было так удобно сидеть вдвоём.

Три толстых кошака устроились там в самой сердцевине мягких цветастых подушек. Некоторые дети привозили с собой тощих измученных четвероногих друзей, и здесь они общими усилиями превращались в упитанные шарики.

Лисар снял три комка шерсти на коврик возле кресла и едва успел усесться, как они забрались обратно и облепили его со всех сторон. Самый наглый котяра с наполовину откушенным ухом попытался забраться ему на голову, но Лисар пересадил его на колено и властно накрыл рукой.

Варда стояла у перил, и Лисар любовался ею. Она стала крепче, и солнце чуть высветлило её кудри. Поза, уверенные жесты — это была та Варда, в которую он влюбился, но теперь уже его Варда.

И на её запястье даже брачный браслет поблёскивал — подарок Лисару вместе с шёпотом на ухо «Люблю» за поддержку и понимание после их недавнего грабительского рейда по сокровищницам королевств: содержание ордена требовало вложений, а Варда — развлечений.

Ветер трепал её волосы, раздувал свободные рукава. Потянувшись, Варда развернулась. Несколько шагов — и она уже была рядом. Котов не прогоняла, просто втиснулась так, что им пришлось подвинуться — такая же гибкая и упрямая, как кошка. Устроила голову на груди Лисара, обняла его… Он сразу разомлел, заулыбался.

Они полулежали так под мурчание котов, шелест ветра и доносящиеся снизу звуки жизни их ордена.