— Разве вы не позвоните Уэбберли? Разве кто-то еще не… Разве вы сами не поедете?
— У меня и здесь дел хватает. Разыщите Джиллиан, удостоверьтесь, что Нелл Грэхем — это она. Побыстрей. Надо срочно выехать в Йорк, чтобы вы успели на поезд.
— Но как я… Как с ней обращаться? Неужели просто…
Линли только рукой махнул:
— Я полностью полагаюсь на вас, сержант. Привезите ее сюда — и как можно скорее.
Барбара наконец разжала кулаки. Все тело казалось ватным и вялым.
— Хорошо, сэр, — покорно прошептала она.
Барабаня пальцами по рулю, Линли задумчиво созерцал красивый дом на пологом склоне холма.
Он мчался как бешеный и успел посадить Хейверс на трехчасовой лондонский поезд. Теперь он приехал к дому Рассела Маури и пытался решить, как поговорить с его хозяйкой. Разве не лучше знать правду, как бы она ни была горька? Хотя бы этот урок он уже усвоил.
Женщина встретила его у двери. Она подозрительно оглянулась через плечо, и Линли сразу угадал, что на этот раз его визит еще менее уместен, чем в прошлый приезд.
— Дети только что вернулись из школы, — пояснила она, выходя на порог и закрывая за собой дверь. Она поплотнее запахнула кардиган, облекавший ее изящное, почти девичье тело. — Вы… вы что-то узнали о Расселе?
Линли постарался напомнить себе, что Тесса и не должна интересоваться судьбой дочери. Она отрезала от себя прошлое, произвела ампутацию и ушла, не оглядываясь.
— Вам нужно обратиться в полицию, миссис Маури.
Она побледнела:
— Это не он. Он не мог.
— Вы должны позвонить в полицию.
— Не могу! Не могу! — шепотом повторяла она."
"— Он не был у своих лондонских родственников, верно? — Женщина торопливо покачала головой, отворачиваясь от инспектора. — Они слышали что-нибудь о нем? — Снова тот же отрицательный жест. — Стало быть, пора выяснить, что с ним случилось? — На этот раз женщина не ответила. Линли бережно взял ее за руку и продолжал расспросы: — Зачем Уильям хранил все эти ключи?
— Какие ключи?
— Мы нашли коробку с ключами на полке в его платяном шкафу. Больше нигде в доме ключей нет.
Вы знаете почему?
Тесса наклонила голову, приложила руку ко лбу, вспоминая.
— А! Я уж и позабыла, — пробормотала она. — Он их спрятал, когда Джиллиан начала капризничать.
— Как это произошло?
— Ей было тогда лет семь. Даже ближе к восьми. Да, я уже была беременна Робертой. Скандал начался вроде бы ни с того ни с сего. Знаете, как бывает: слово за слово, настоящая семейная драма, спустя годы вспомнят и дружно смеются над этим недоразумением.
