Леди Хелен сосредоточенно обдумывала вопрос, уставившись в свою чашку. Хотя лицо ее оставалось бесстрастным, на шее учащенно забилась жилка. Наконец она подняла голову и выдавила из себя улыбку:
— Келдейл? Понятия не имею.
5
Линли отложил газету и внимательно посмотрел на Барбару Хейверс. Он мог глядеть на нее открыто, не прячась за газетой, поскольку сержант, склонившись над разделявшим их купе голубым столиком, с головой ушла в отчет об убийстве в Келдейле. С минуту Линли гадал, какой глубины падения достигнет британская железная дорога, если и впредь будет использовать при окраске вагонов «неброские» цвета, рассчитанные на многолетнюю службу безо всякого ухода, но вскоре его мысли вернулись к сидевшей напротив него напарнице.
Он все знал о Хейверс. О ней все знали всё. Не пройдя испытательного срока, она вылетела из следственного отдела, успев поссориться с Макферсоном, Стюартом и Хейлом, хотя лучших наставников ни один полицейский сержант не мог бы и пожелать. Можно ли представить себе человека, который не сработался бы с Макферсоном, с этим плюшевым мишкой, добродушным папашей, шутливым и ворчливым на шотландский лад? Но Хейверс удалось и с ним разругаться.
Линли припомнил тот день, когда Уэбберли объявил о своем решении перевести Хейверс в патрульные. Все уже догадывались, что скоро это произойдет. Катастрофа надвигалась давно. Но ни один человек не ожидал, как отреагирует эта женщина.
— Если б я окончила ваш чертов Итон, вы бы меня не выгнали! — орала она в кабинете Уэбберли, и ее срывающийся голос разносился по всему этажу.
— Если б у меня был счет в банке да еще титул в придачу и я бы трахала все, что движется — женщин, мужчин, детей и животных, — я бы вполне годилась для вашего отдела!
Как только прозвучало упоминание Итона, три головы повернулись в сторону Линли. К концу этой речи странная тишина, воцарившаяся посреди привычных звуков буднего дня, известила Линли, что на него таращатся уже все сотрудники. Он как раз стоял возле полки, нащупывая неуклюжими, внезапно одеревеневшими пальцами папку с делом Гарри Нельсона.
На самом деле эта папка не очень-то ему и требовалась. Во всяком случае, не так срочно. Но не мог же он целый час простоять лицом к шкафу. Нужно повернуться, нужно возвратиться на свое место.
Он с трудом заставил себя выполнить эти простые движения, заставил себя произнести легкомысленно: «Нет уж, до животных я не опускался», — и якобы беззаботно пройти по комнате."
"Его шуточку приветствовали нервные смешки.
