Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!

Как только его трусы подсохли, он надел шорты, положил ключи и пистолет в карман и сел на покрывало.

Старушка положила нам пару больших бутылей самогона, пакет вареного картофеля, бережно посыпанного лучком, жареную курицу, полбуханки хлеба, соль и несколько помидоров с огурцами.

— А еще говорила, что у нее есть нечего, — присвистнула я.

— Молодец бабуля, постаралась на славу, — улыбнулся зэк и достал с десяток вареных яиц.

— Да они тут живут как у Христа за пазухой.

— У тебя есть стаканы?

Зэк достал два одноразовых стакана и спросил:

— Налей немного.

Зэк налил полный стакан самогонки и протянул мне.

— Я же просила немного.

— Пей, легче станет.

— Я в таких количествах пить не умею.

— Пей сколько сможешь.

Я взяла стакан и понюхала самогон. Запах был отвратительный.

— Что, никогда не пробовала? — засмеялся зэк.

— У тебя все хорошее — и самогонка, и собак есть.

— Ладно, давай за знакомство — Зэк взял стакан, наполненный до краев, и посмотрел на меня.

— Я за это пить не буду.

— Потому что в гробу я такое знакомство видела! В гробу и в белых тапочках.

— В гробу и в белых тапочках ты еще будешь! Это я тебе устрою, обещаю.

Я промолчала и брезгливо посмотрела на зэка. Он выпил все до дна, даже не поморщившись.

Увидев, как зэк навалился на еду, я поняла, что могу остаться голодной. Зажмурившись, я сделала несколько глотков самогона. Горло тут же загорелось, а глаза чуть не вылезли из орбит. Громко закашлявшись, я уронила стакан. Зэк засмеялся и протянул мне кусок курицы.

— Ты не загоришься? — поинтересовалась я.

— Хорошая самогонка. Молодцы, хорошо делают. Я уже сто лет так не расслаблялся. Ты даже не представляешь, что я чувствую после четырех лет тюрьмы. Сижу на свободе, ем вдоволь, пью. Рядом красивая девка. Что еще надо?!

— Сильно не радуйся. Все равно милиция тебя найдет и посадит на место. Еще пару статей на тебя повесят. Побег и похищение человека.

— Это кого ж я похитил?

— Меня, конечно, кого же еще!

— Насколько я помню, ты меня сама сюда привезла.

— Насколько я помню, когда я тебя сюда везла, то в мою спину был наставлен пистолет. И про руку мою не забудь. Про нее вообще отдельная статья будет.

— Ладно, заткнись ты со своими статьями, и так тошно. Дай воле нарадоваться.

— Радуйся на здоровье. Только как бы я была тебе благодарна, если бы ты радовался без меня.

— Без тебя не получится.