Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!

— Это на случай того, если нам придется защищаться, — объяснила мне она.

— Да я эту лопату в руках еле держу, не говоря уже о том, чтобы на кого-нибудь ею замахнуться.

— Ладно, кончай строить из себя неженку, — разозлилась Марта. — Я, может, тоже никогда раньше граблями не размахивала, а теперь придется. С лопатой попроще. Ею по хребту можно вдарить, и все, а граблями надо умеючи.

Мы пригнулись и побежали к крыльцу. Случайно Марта ударила меня граблями по ноге. Я взвыла и чуть было не закричала на весь двор.

— Прости, — испугалась Марта.

 — Я не хотела. Очень больно?

— Да пошла ты! — зло огрызнулась я.

— Тише, вдруг там кто-то есть, — замахала на меня руками Марта.

— Не могу тише! Ты мне своими граблями ногу разодрала. Зачем ты их схватила, если держать ни хрена не умеешь?!

— Прости… — прошептала Марта.

Выставив грабли вперед, она проскользнула в дом, я вошла следом, сжав покрепче лопату. Какое-то чувство подсказывало мне, что в доме никого нет. В коридорчике что-то тикало. Я почему-то сразу поняла, что это не часы.

Мы остановились как вкопанные и уставились на небольшую коробочку, обмотанную скотчем. У меня на лбу выступил пот, в ушах зашумело. В верхнем правом углу коробки виднелся циферблат, маленькая стрелка которого приближалась к нулю.

— Бог мой, — еле слышно прошептала Марта. — Нужно срочно уносить ноги. Сейчас этот дом разлетится на мелкие кусочки…

— Это то, что убьет нас через несколько секунд. Нас закрыли в кладовке для того, чтобы убить… Бежим, Танюха, авось успеем!

Мы бросились к входной двери.

Почти добежав до ступенек. Марта поскользнулась и упала.

— Вставай, быстрее вставай! — закричала я.

Марта быстро поднялась и побежала вниз. Через секунду неведомая чудовищная сила ударила мне в спину и отшвырнула на несколько метров. Я поняла, что жива, только по нестерпимой боли, пронзившей все мое тело. В ушах гудело так, что мне показалось, что я либо оглохла, либо стала контуженной, как на войне. Во рту пересохло, виски готовы были лопнуть.

Я сделала усилие и подняла голову.

Дом полыхал. Марта лежала недалеко от дома, уткнувшись лицом в землю.

— Марта! — позвала я, но она не шевельнулась.

Я собрала всю свою волю и поползла к Марте. Перевернув ее, я увидела, что из ее лба сочится кровь. Это не так страшно, успокаивала я себя. Марта просто разбила лоб. Это пройдет. И вдруг мой взгляд упал на ее правую руку. Я громко закричала. Кисти правой руки не было. На ее месте был бесформенный обрубок с нелепо торчащей костью.