Венец безбрачия

Штука оказалась тяжёлая, не слишком удобная, но при этом была предметом гордости Тома, который не преминул похвастаться:

– Энто я ещё совсем малой был, когда у матушки стащил ножницы. Она-то отцу моему рубаху шила и хватилась не сразу. Ох мне тогда и нагорело! – Он рассмеялся, вспоминая детскую шалость и показывая мне жёлтые подгнившие зубы. – Вот тогда я и сообразил, как энту штуку закрепить нужно.

Я похвалила и сад, и старания самого садовника и, уходя, подарила ему пару медных монеток. Кажется, с ним вполне можно будет поладить.

Да и в целом, люди, работающие в замке, относились ко мне весьма благожелательно, услужливо и не жалели времени на объяснения. А я подумала о том, что нужно завести тетрадь или блокнот и записывать туда эти сведения.

Например, тот же Том – он далеко не молод. Живёт с женой, две дочери уже отданы замуж, а сыновей у него нет. Случись что, кто займётся садом? А главное: если с ним действительно что-то случится, болезнь, например, или несчастный случай, рассказать новому садовнику, что и как, никто не сможет.

Пожалуй, мне стоит обратиться к госпоже Аделаиде и уточнить у неё, ведутся ли уже такие записи. Очень многое можно будет почерпнуть из бумаг. А если записи не ведутся – значит, я вполне смогу этим заняться.

***"

"Графиня де Эстре до сих пор не выходила из своих покоев, так что обедали мы втроём: Антонио, я и госпожа Ильда. Деверь мой был чем-то расстроен – и на вопросы мои отвечал с опозданием, и не сразу понимал, что же у него спрашивают.

Я не стала приставать с разговорами. Мало ли какие у него могут быть причины для плохого настроения.

Сразу после обеда мне принесли из швейного цеха три удобных домашних халата. Мы с госпожой Ильдой осмотрели их, и я осталась довольна: лёгкая и мягкая ткань из шерсти и шёлка будет прекрасно согревать зимой. А для летнего времени вполне сгодятся легкие пеньюары. Один – нежно-голубой, второй – персиковый, с белой отделкой. Конечно, лёгкими они были только условно: ткань была сложена в два слоя для того, чтобы не просвечивать, и обильно украшена рюшами и воланами.

Смотрелись одёжки совершенно волшебно и очень воздушно, а главное – прилично, с точки зрения госпожи Ильды. Новинки мои она одобрила, и я решила немедленно воспользоваться одной из них.

– Госпожа Ильда, сейчас я пойду в мыльню: хочу, чтобы до вечера волосы просохли. Так что пока вы свободны.

Если у компаньонки и мелькнула мысль напроситься со мной, то эту мысль она оставила при себе.