Венец безбрачия

Затем, окончательно расслабившись и что-то для себя решив, спросил: - Может быть поужинаем вместе? Я очень голоден.

Похоже, прятался он от меня по совершенно другим причинам...

Глава 48

Поздний ужин в трапезной прошёл немного странно. Мне казалось, Антонию искренне радуется, что я задала не те вопросы, которых он боялся и теперь чувствуя себя свободно и легко. Он с удовольствием болтал обо всем на свете: о том, что в близлежащем селе был пожар и сгорела старая сарайка, но, слава богу, пламя быстро заметили и залили; о том, что в этом году ожидается очень хороший урожай фруктов, если удастся сохранить сады от птиц; о том, что льняные ткани подорожают, потому что лен взошёл худо и качество кудели будет скверное.

- Чем длиннее стебель – тем лучше потом получится нитка. А я сам объезжал поля и видел, что лен воловину короче прошлогоднего…

***

Пожелав деверю доброй ночи я вернулась в свои покои и достала лист с кружочками. Записала даты, которые узнала от Антонио и задумалась, глядя на строчки. Подозрения у меня появились, но мне не хватало ещё несколько деталей, которые дадут ясность.

Попробовала выяснить кое-что у Эмины, но напоролась на искреннее непонимание:

- Ой, госпожа, откуда бы мне знать этакое? Когда какой праздник святой – завсегда заранее в храме предупреждают. А сама я отродясь не следила, какой там день недели или число какое. Оно мне вовсе и не к чему...

Как ни странно, мне сильно хотелось, чтобы Леон вернулся домой быстрее. Мне хотелось выложить ему все свои сомнения и убедиться, что тяжёлые думы, которые посещают меня – беспочвенны.

Волей-неволей я мысленно возвращалась к своему мужу много раз в день и поняла, что мне вовсе не противно о нем думать. Напротив, вспоминая иногда кусочки наших разговоров, понимала – это были самые приятные беседы, которые я вела в этом мире.

Ведь со дня попадания баронесса и Альда только изводили меня мелкими придирками и укусами, а Матильда... Матильда жалела и любила Софи, но как собеседник не слишком мне подходила.

Немножко раздражало в муже то, что он не сразу поверил в мои умственные способности и первое время относился как к бестолковому ребёнку.

Только ведь и винить его за это нельзя – по местным меркам это было абсолютно правильное поведение, которое закладывалось у него с детства. Мне нравилось, что он ещё не закостенел в своих убеждениях, и я искренне верила, что мы вполне может найти общий язык и мирно жить рядом. Пусть и нет между нами любви, зато появляется уважение друг к другу.