Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Венец безбрачия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
За год Леон предлагал мне такое количество неудобопроизносимых имён для малыша, всяких там Харлонтов и Престонов, Кингстонов и Катбертов, что когда он предложил назвать сына Марком в честь первого графа де Эстре – я была просто счастлива.
Марк рос, хвала Господу, здоровым, крепким и голосистым, а также – немножко своенравным. Но это было и не удивительно: у сына была совершенно ангельская внешность и такие ямочки на щеках, что даже самая строгая женщина в нашем замке – экономка Ронда Сноу невольно улыбалась ему и прощала различные проказы.
"Я страшно боялась, что сына избалуют, так как людей, готовых закармливать его сладостями и прощать мелкие безобразия вокруг было более, чем достаточно. Однако неожиданно прекрасным воспитателем оказался мой муж. Да, он очень любил сына и страшно гордился им, но уже с ранних лет старался разговаривать с ним как со взрослым, тщательнейшим образом отбирал преподавателей, не забывая посоветоваться со мной, чтобы оценить объём знаний будущего учители и довольно много требовал от будущего графа.
Достаточно сказать, что с шести лет Марку разрешалось присутствовать на беседах отца и мэтра Хофмана, а с восьми лет Леон начал спрашивать его мнение по разным вопросам. И, заодно: спокойно и ненавязчиво указывал на ошибки и подсказывал путь к правильным решениям.
Первое время я боялась, что такие скучные темы как распашка очередного куска земли или устройство нового телятника отобьют у Марка охоту заниматься хозяйством. К счастью, в сыне прекрасно сочетались тяга к физическим упражнениям, желание всё увидеть и попробовать самому и некая рассудительность, которая перешла к Марку, как я надеюсь, от меня.
Сын неплохо учился, на удивление легко воспринимало новые языки. Достаточно сказать, что к тринадцати годам он свободно говорил, читал и писал на англитанском, джерманском и эспанском. Марк легко одолел первые части математической науки, но особого интереса к ней не испытывал. Точно так же, как, к моему удовольствию, остался равнодушен к алхимии.
Физическим развитием Марка Леон занимался лично: в шесть лет у сына появился первый собственный пони, а в десять – спокойная кобылка средних лет, с которой сын поладил достаточно быстро. И с десяти же лет Леон начал отпускать сына в поездки с мэтром Хофманом в качестве помощника кастеляна.
