Дверь пикнула, на запястье врача в синем засветилось миниатюрное вирт-окно, где на мгновение я заметила свою фотографию, потом пошли какие-то цифры и надписи. Видимо, датчики на входе меня измерили, взвесили, померили температуру, давление и прочее. Знакомая система, хоть в медицине у них не дремучий двадцатый век.
- Госпожа Светлана, приветствуем, - поклонились мне оба, причём тот, что в голубом, значительно ниже.
– Присаживайтесь, где вам удобно, - взял слово синий. - Что предпочитаете, чай, кофе, сок? Нет ли на что-то аллергии? Удобно сидеть, ничего не мешает? Как вы спите, какую подушку предпочитаете, часто ли беспокоят сны?
Я сама не заметила, как оказалась в гелевом кресле, медбрат в голубом сел прямо на пол, снял с меня босоножки, посветил карманным прибором с розовым светом на ступни, брызнул маслом из флакончика с этикеткой «для массажа» и принялся массировать мне ноги.
"
"Врач в синем, время от времени поглядывая на мелькавшие на запястье символы, налил мне приятный кисло-сладкий фруктовый напиток с какими-то травами, придвинул тарелочку с печеньем.
Он собирал анамнез, причём больше это походило на светскую беседу, чем на допрос.
Он обошёл меня с ручным сканером, заглянул в горло, сфотографировал язык, крохотным прибором коснулся вены, нахмурился, глядя на результаты по составу крови. Проверил анализатором ногти, волосы, зубы. Некоторых манипуляций я вовсе не заметила, так умело меня отвлекали разговорами и массажем, который уже перешёл на лодыжки и икры.
Парень в голубом не позволял себе ничего лишнего, даже глаз на меня не поднимал.
Но я последний раз делала массаж лет десять назад, механический, в жёстком автоматическом кресле, и в том не было ничего приятного. Меня уверили, что неприятные ощущения – часть процесса. А про ручное разминание мышц я, пожалуй, только читала в книгах.
Я смущалась из-за того, что сидела в платье, и мужчине, вероятно, было видно моё бельё. Было неловко потому, что он сидел на полу, а мои ноги поставил себе на бёдра.
Чувствовала тепло его рук, тонкий аромат средства для массажа, а от выверенных движений, в меру сильных, в меру мягких, поднимался жар и растекался по всему телу, собираясь почему-то чуть пониже пупка.
- Наверное, у вас были нелёгкие времена? – поинтересовался синий.
- Да, чёрная полоса. Надеюсь, что она уже закончилась, - ответила я на очередной вопрос, пытаясь не слишком откровенно следить за парнем у моих ног.
Врач обошёл кресло, положил руки мне на плечи.
