Даже самой себе…
— Конечно, конечно, — поспешно ответила она Прытковой. — Светлана Тимофеевна, пересчитайте, пожалуйста, мальчиков. А я загляну к девочкам.
Отправив Прыткову, Лариса задержалась у костра. Она пошевелила палкой угли, подбросила хворост. Почему, ну почему ей так не везет? Она дожила до того, что в собственном муже способна вызвать только жалость. Где она совершила ошибку? Когда? Что теперь делать? Как жить дальше? И стоит ли жить…
То ли от нахлынувших чувств, то ли от искр защипало в глазах. Сейчас она так любила Стасика! Мысль о том, что именно в эту минуту он может обнимать другую, приводила ее в ужас.
Вот уже почти месяц она могла быть относительно спокойной, лишь когда видела его перед собой. Сейчас же, оставшись в одиночестве у костра, Лариса поняла, на какую пытку обрекла себя, согласившись на этот поход.
— Ларочка Николаевна! ЧП!
Прыткова колобком катилась к костру. Лариса с трудом отключилась от личных дум.
— Что стряслось?
— Воскобойников и Петров пропали!
— Как пропали? Что вы такое говорите? Может, они, извините, пописать отошли?
Но тревога уже охватила Ларису с головы до пят.
Она метнулась к палатке мальчиков.
Через полчаса лагерь был поднят по тревоге. Сонные дети выползали к костру.
— Ребята, постарайтесь вспомнить, о чем говорили Воскобойников с Петровым перед отбоем, — попросила Лариса.
— Это очень важно! — воскликнула Прыткова. Со сна дети ничего не могли понять.
— Ди-ма! Са-ша! — надрывалась Лариса в хоре с двумя десятками голосов. В ответ — тишина.
— Все обсуждали легенду, — наконец буркнул кто-то. — И они обсуждали.
— Что именно говорили? — допытывалась Лариса. — Ну, кто слышал?
— Я слышала. — Из темноты вышла Оля Земчихина. — Они спорили о том, кто не побоится пойти в пещеру. Ночью.
Повисло молчание.
— Я же не знала, что они. и вправду пойдут… Придурки! — Оля Земчихина спряталась за чью-то спину.
Все молчали и смотрели на Ларису. И Прыткова смотрела на нее во все глаза.
— Так. Все по палаткам! — Лариса не узнала свой собственный голос, прозвучавший будто со стороны.
— Чтобы ни одна душа даже носа не высовывала. Светлана Тимофеевна, где у нас фонарь?
— Ларочка… — Прыткова подошла к ней вплотную. — Мы пойдем туда вместе! Это моя вина, и я…
— Нет! — отрезала Лариса. И сумела выдавить из себя улыбку. — Кто-то должен остаться с детьми. А я этих шалопаев сейчас приведу. Скорее всего они не успели дойти до пещеры. Курят где-нибудь в кустах.
Лариса рассовала по карманам спички и фонарик.
