Особенно как она горячо говорила о ребенке, всхлипывая и заглядывая Стасику в глаза: «У нас обязательно будет ребенок! И он будет похож на тебя, как мы мечтали! Мы ведь десять лет вместе, Стасик! Мы ведь хорошо жили, правда? И квартиру эту мы только-только обустроили. Она нам нелегко далась. И куда же я пойду-то, если ты меня бросишь? Мне идти совсем некуда…»
И хоть потом Стасик стал утешать ее и уверять, что бросать не собирался, вечер был отравлен. Нет, не вечер — жизнь ее была отравлена. И вот с этим горьким ощущением предстояло теперь просыпаться и завтра, и послезавтра.
Проводить уроки, родительские собрания, вести детей в поход… С этим ядом в крови предстояло как-то жить.
…Холмы, с четырех сторон окружавшие их импровизированный лагерь, ровно зеленели. Облака, лениво проплывавшие в сторону реки, задевали их пухлыми животами. На одном из холмов показалась пестрая россыпь бейсболок. Это Светлана Тимофеевна со своей гвардией возвращалась из «разведки».
— Лариса Николаевна! Они нам машут!
Лариса сделала ладонь козырьком и посмотрела в сторону холма.
Теперь уже можно было ясно различить красно-желтую панаму Светланы Тимофеевны, ее красные шорты и оранжевую майку. Женщина взмахивала руками, подпрыгивала и в конце концов колобком стала скатываться с холма, оставив позади ватагу детей. Лариса не могла не улыбнуться. Вот кому можно позавидовать! Вот сгусток энергии, вечный двигатель и моторчик! Кого хочешь расшевелит. Не даст засохнуть. Хорошо, что из всего педколлектива в поход пошла именно Прыткова.
Прыткова не из тех, кто лезет в душу. Она сосредоточена на собственной персоне и в данный момент явно чем-то взволнована. Маленькая и полная, в своих штанишках, Прыткова напоминала Карлсона.
Лариса двинулась навстречу и заметила, что Светлана Тимофеевна что-то держит в руке.
Воскобойников, увидев своих, стал бить в гонг — стучать ложкой в крышку от кастрюли.
— Не остается никаких сомнений, — начала Прыткова, когда до Ларисы осталось шагов пятнадцать, — мы остановились на месте древнего поселения! Вот полюбуйтесь!
Учительница протянула Ларисе глиняный обломок.
Лариса покрутила его в руках. Кусок горшка либо тарелки. Такими могли пользоваться когда угодно.
— У моей бабушки в Елховке полно глиняной посуды! — вставил Воскобойников.
Лариса промолчала. Светлана Тимофеевна выхватила у Ларисы из рук черепок и перевернула его.
— Смотрите!
На выпуклой поверхности был выцарапан цветок. Царапины забились землей, но рисунок все равно просматривался.
