Венец безбрачия белого кролика

Позвонила ее матери, та, похоже, пьяная с утра, залопотала: «Че? Я дочь не стерегу, здоровая выросла. Живет не пойми с кем!»

Ирэн убрала руки со стола.

— Только она не глагол «живет» употребила, другой, принятый в плебейской среде. Повторить его не могу, потом рот с мылом полоскать придется. Но я не сдалась, попыталась пообщаться с сестрой невестки. Ничего не выяснила. Нашла через знакомых мужчину, который зарабатывает поиском пропавших родственников. Он мне доверия не внушил: грязный, голова сальная, одет плохо, воняет, живет в отвратительной норе, и он сразу заявил: «Платите вперед за услуги».

— Давайте пройдем в кабинет.

Разговор с Ирэн продлился два часа. По его окончании я вернулся домой и сказал Борису:

— Неисповедимы пути Господни. Новый клиент нашелся там, где мы и предположить не могли.

— Забавно, — улыбнулся секретарь, — надеюсь, она не обнаружила в новой квартире парочку трупов.

Я решил ввести Бориса в курс дела.

— Дама желает найти невестку. Та бросила мужа и куда-то делась. Развод они не оформляли. Что бы Котин сейчас ни купил, в случае суда разделится пополам. Поскольку супруга Олега не отличается высокими моральными качествами, Ирэн справедливо опасается финансовых проблем.

Борис сел к компьютеру.

— Мальвину Юрьевну Буратинову, — ответил я.

— Нет, — вздохнул я, — жену Олега так зовут в действительности. У некоторых родителей, мягко говоря, странное чувство юмора. Девушка представлялась Маргаритой, Марго.

— Славная идея назвать ребенка с фамилией Буратинова Мальвиной. Хотя ее могли наречь Артемоном, — заметил мой помощник.

— Не поверите, в семье она тоже есть, — усмехнулся я.

Борис отпустил мышку.

— Сестра Мальвины — Артемона Бура́тинова, — пояснил я, — девушки произносят свою фамилию с ударением на первую «а».

— Думаю, эта попытка смягчить ситуацию мало помогает, — заметил Борис.

— Нехорошо, конечно, смеяться, — протянул я, — но, наверное, мало кто смог бы в этом случае удержаться от смеха. Ирэн пояснила: невестка говорила: «Я Бура́тинова Марго». Но ее все равно называли Мальвиной Бурати́новой. Думаю, сестре приходилось немного легче, Артемона звучит как имя какой-нибудь греческой богини. Артемида, Афродита, ну и так далее.

Борис перестал смотреть в ноутбук.