Венец карьеры пахана

Сначала сантиметра на полтора, а когда Зиновьев просунул рычаг поглубже, наваливаясь на металлический прут всем телом, оно все-таки тронулось с места и, тяжело повернувшись, показало уголок металлического ящика. Зиновьев невольно сглотнул набежавшую слюну. Теперь работа пойдет побыстрее, можно прокрутить бревно по оси. Упершись плечом в стену, он сдвинул второе бревно, которое пошло на удивление легко, и наконец Никита разглядел весьма вместительный контейнер. Дед оказался очень мастеровитым человеком и сумел выстроить внутреннюю стену таким образом, что никто даже не догадался о том, что она прикрывает подобный сюрприз.

Крепко ухватившись за края контейнера, Зиновьев потянул его на себя. Ящик с шорохом скользнул по земляному полу, оставив на нем неглубокую рытвину. Еще один рывок, и контейнер оказался на середине землянки. Луч карманного фонаря неровным полукругом застыл на крышке контейнера, высветив какую-то полустертую печать. По краям ящика были видны остатки сургучной печати.

Неожиданно захотелось закурить.

Постучав себя по карманам, Никита невольно чертыхнулся — пачку сигарет он оставил в машине, а до нее топать метров триста.

Выходило, что дед не лукавил. Все было в точности так, как он и рассказывал. Но почему-то чувство облегчения Никита не испытывал, наоборот, плечи как бы сами собой ссутулились, если бы он вдруг взвалил на спину какую-то неподъемную ношу.

Никита вдруг ощутил чье-то присутствие, оно ощущалось настолько остро, что он невольно обернулся. Никого. Дверь оставалась открытой, а через проем небольшим лучом в землянку падал свет.

Может, его поджидает кто-то снаружи? Вооружившись кочергой, Никита вышел из землянки. Его встретило полнейшее равнодушие леса. Где-то неподалеку чирикала какая-то развеселая пичуга. Ей тоже было не до него. Наверное, подзывала к гнезду подзадержавшегося супруга. Всюду жизнь. И едва различимо где-то километрах в полутора равномерно стучал топор. Потом несильно ухнуло, это рухнуло поваленное дерево. Несколько минут Никита стоял у входа, вылавливая малейший шорох. Полнейшее безмолвие. Никто не наставлял на него оружие, не пытался сбить его с ног. Вокруг чахлый лес и болотистая местность. Это тот самый случай, когда приятно осознавать свое одиночество. Вот смотришь вдаль и знаешь, что никому до тебя нет никакого дела.

Никита вернулся в землянку, закрыл за собой дверь. Контейнер стоял на прежнем месте. Бдительность — вещь не бесполезная. Подумав, он закрыл дверь на засов.