Венецианское завещание

 – Именно в то время документами занималась сестра Маддалена. Я не застала ее, но слышала, что это была очень нерадивая монахиня.

Дайнека поблагодарила старуху. Теперь ее волновало одно: фамилию Береньоли носит… мать Стевена София.

Дайнеке припомнился разговор за обеденным столом, когда София говорила о своем деде, полуграмотном южанине, человеке, «сделавшем себя».

Потом она вспомнила портрет, который висел в коридоре у кабинета Софии, и рассказ Стевена о своем прадеде Николо. Помнится, тогда она решила, что тот чем-то похож на Стевена.

Внезапно Дайнека поняла, на кого еще похож прадед Викинга… На Николая Бережного! А это значит…

– А это значит, что в доме Софии висит портрет сына Николая Бережного и баронессы Эйнауди. Он и есть тот самый, сделавший себя человек, дед Софии, – проговорила Дайнека вслух.

Но это значило и то, что Стевен оказался рядом с ней отнюдь не случайно. И как же мастерски он увернулся от ее вопроса насчет портрета!

Теперь оставалось выяснить, насколько далеко Стевен зашел в своей лжи.

Дайнека вспомнила о том, что случилось по дороге в Понтедейру.

«Если я приехала в замок только со Стевеном… никто, кроме него, не мог сообщить об этом Пеппино. Стоп! Но у него же не было телефона, он забыл его в отеле!» Дайнека улыбнулась. Она готова была обвинить себя в излишней подозрительности, как вдруг вспомнила, что видела «забытый» телефон в руках Стевена в Понтедейре.

Она принялась вспоминать все, что было связано со Стевеном. Его появление в Римини, потом встреча в дороге. Ничто не предвещало предательства, наоборот, он нежно заботился о ней.

Никаких расспросов, излишнего любопытства… Потом бегство из Милана, мост Свободы и те двое на обочине, отель «Корона». Теперь Дайнека вспомнила, что в тот вечер, вернувшись в отель «Даниэли», сообщила Стевену о юридической конторе.

«Неужели это он сообщил Бертини?»

Потом Стевен воспользовался удобным случаем, когда за ними гнался Лысый Леннон, и свернул на дорогу, ведущую в замок. Туда же направились и бандиты.

Фима зашла в номер и закрыла за собой дверь.

– Для тебя письмо от команданте Монтанья. Портье передал.

– Я все время была в номере. Почему портье не отдал его мне?

Дайнека взяла конверт и вскрыла его. Быстро пробежала глазами:

Она помолчала, потом повернулась и медленно проговорила:

– Ну, Фима, начинается.

– Когда? – встревоженно спросила та.

– Может, все обойдется?

– Может, и обойдется, – повторила за ней Дайнека.

Раздался звонок телефона.

– Синьорина Дайнека, к вам посетитель.