Верь в меня

Однако было бы немилосердно высказать такое соображение вслух, и она только ответила коротко:

— Сделаю все, что от меня зависит.

И вздохнула с облегчением, когда священник удалился с обычным для него мрачным видом.

Едва он ушел, Элфит перестала сдерживать свои чувства. Сияя улыбкой, она запрыгала от радости.

— О, миледи, я просто не могу этому поверить! Вы теперь у нас хозяйка, слава Богу!

Криста попыталась ответить Элфит такой же радостной улыбкой, но на душе у нее было тревожно.

Ей не приходилось вести хозяйство, столь сложное и обширное, как в Хоукфорте. По сравнению с ним оставленный ею дом в Уэстфолде был таким маленьким и простым.

— Ничего, — уже серьезно сказала Элфит, догадавшись, о чем думает Криста. — Вы отлично справитесь. Вот увидим, правда, Эдит?

— Конечно, увидим, — согласилась ее сестренка. — Вам не о чем беспокоиться. Мама говорит, лорд Хоук так любит вас, что вы можете целый месяц подавать ему на ужин морскую воду, и он не заметит.

— Эдит! — прикрикнула на девочку Элфит, но сама не могла удержаться от смеха. — Простите, миледи, мы никак не можем приучить эту озорницу держать язык на привязи.

У Кристы щеки вспыхнули огнем, но она была рада услышать, что подданные Хоука считают его счастливым. По большому счету это куда важнее, чем все сложности ее новых обязанностей.

Они праздновали в этот вечер сначала в большом зале замка, а потом спустились в город, прошли по всем улицам и проулкам, добрались и до кораблей у пристани и до тех, что стояли в гавани на якорях.

Факелы горели, словно море звезд, их пламя отражалось в воде. Веселье продолжалось еще много спустя после того часа, когда любой разумный человек уже должен был находиться в постели. Над городом разносились песни и смех, дробь барабанов и звонкая музыка свирелей. Танцоры кружились при свете факелов, дети носились повсюду как одержимые, пока не падали от усталости на землю под деревьями и не засыпали сладким сном, в котором звучала музыка. Одну за другой открывали, к общей радости, бочки с медом и элем. Угощение было еще обильнее, чем в праздник урожая. Когда над берегом у Хоукфорта взошла полная луна, мужчины спустились к морю с неводами, забрасывали их в серебристую воду и вытаскивали один за другим полными макрелей, которых тут же жарили на разведенных на песке кострах.