Верь в меня

Хоук чувствовал, что она ищет слова для объяснения, быть может, хочет просить прошения. Чувствовал, как напряжены дети, видел по их лицам, что они ждут строгого выговора, если не чего-нибудь похуже. Мысль о погибшем не рожденном ребенке пробудила боль, которая не напоминала о себе много лет.

— Вам надо танцевать почаще, — сказал он и улыбнулся. Дети смотрели на лорда так, словно у него выросла вторая голова. Все, кроме зеленоглазой девушки, которая одарила его улыбкой благодарности и исчезла. Нет, не в буквальном смысле слова — просто все они убежали, чтобы не дать хозяину замка возможность переменить доброе настроение, которому они, впрочем, не очень-то доверяли.

Девушка убежала в одно мгновение, но осталась в мыслях у Хоука и после парной бани, и после кружки сидра, и после вечерней трапезы, и даже после того, как все сказания были пропеты и огни погашены. А когда он уже спал, она танцевала ему во сне и смеялась.

Кровь Господня, какой же он все-таки глупец!

Воздух был неподвижен; он обволакивал се, точно саван.

Криста ворочалась с боку на бок, веревки кровати трещали под ней. Рейвен, которая спала рядом, то и дело вздрагивала и недовольно ворчала. Не желая беспокоить служанку и надеясь хотя бы сбежать от бессонницы, Криста встала. Она спала совсем нагой — а кто спал иначе? — но перед тем, как выскользнуть из дома, надела рубашку. Теплый ночной воздух был напоен ароматами далеких стран, принесенными морским ветром. Криста подняла голову и взглянула на небо, на звездную дорогу, протянувшуюся от горизонта до горизонта, — ни одно облачко не заслоняло звезд. Луна давно уже зашла, светили только звезды, да неровно вспыхивали на стенах сторожевые огни. Клубы черного дыма поднимались над этими огнями, вились вокруг мужских силуэтов. Стража была начеку.

Стараясь держаться в тени, Криста двинулась по направлению к стене. У нее не было ни единой ясной мысли о том, куда и зачем она идет. Неожиданно она заметила красный свет углей в кузнице. Звонкие удары молота по наковальне целый день доносились из кузницы, но сейчас там было тихо.

Потом Криста услышала далекое уханье совы, а следом какой-то шорох в соломе и слабое мяуканье. Девушка, едва дыша, подобралась поближе. Полосатая кошка подняла голову и посмотрела на Кристу, как бы оценивая ее. Секунду спустя она моргнула и снова занялась крошечными котятами, которые прильнули к ее сосцам. Котят было шесть, одни — большинство — сосали мать, другие спали.