Верь в меня

Безошибочно распознаваемая аура знатности и благородства исходила от него самого, аура, отнюдь не уменьшаемая игрой природы, наделившей мужчину необычайной красотой.

Во всяком случае, не менее шести молоденьких служанок вертелись поблизости от него под любым предлогом. Хоук в изумлении думал, что никогда еще не видел такого количества вожделеющих женских взглядов, направленных на одного мужчину, но его гость, казалось, и не замечал этого. Нельзя сказать, однако, что он не замечал самих девушек, наоборот, он для каждой находил дружелюбную и приветливую улыбку.

Хоук вздохнул, припомнив, что викинг прямо-таки обожал женщин, щедро раздавая им тот лучший дар, которым боги наделили мужскую половину человечества. И женщины, видимо, понимали это и отвечали на его внимание тем, что можно было бы определить только как неудержимое восхищение.

— Каким же я был бы другом, если бы проплыл мимо, не завернув, чтобы хоть словом перемолвиться? — спросил гость, глядя вслед хорошенькой рыжей девчонке, которая проскользнула мимо, зазывно покачивая бедрами.

 — Кроме того, мне казалось, что ты не прочь узнать новости о твоем племяннике.

Хоук взглянул на человека, который от ледяных северных просторов до шумных базаров Византии известен был под именем Дракон.

— И как поживает Львенок?

Хоук давно уже не удивлялся тому, что сестра вошла в семью, в которой тоже существовало обыкновение давать младенцам мужского пола весьма выразительные имена. Он должен был признать, что в грозном Норвежском Волке Кимбра нашла себе достойную пару.

Рождение их сына в Хоукфорте несколько месяцев назад принесло огромную радость всем не в последнюю очередь потому, что отвратило мысли Вулфа от намерения разрушить крепость, как он угрожал, до последней щепки и последнего камня в отместку Хоуку за его неуклюжее «спасение» сестры.

Как ни удивительно, но они напрочь забыли об этом, скрепив союз саксов и норвежцев против датчан. Женитьба Хоука на Кристе должна удвоить прочность их союза, и это означало, что лишь человек, сидящий сейчас напротив лорда, останется неженатым, но ненадолго.

— Львенок продолжает сотрясать стены Скирингешила, когда поднимает рев. К счастью, у него добрый нрав и он это делает не часто. Кимбра, конечно, замечательная мать и не менее замечательная жена. Вулф до отвращения доволен. Просто невозможно поверить, что его называли Бичом Саксов.

— Говорят, что из исправленных бичей получаются наилучшие мужья.