Верь в меня (СИ)

— Да, Данил, — произношу, прижав к уху телефон.

— Ты куда собралась, Насть? — ворчит Потоцкий.

— Выйду на улицу, на пять минут.

— С Людкой? Ты серьёзно, Насть? Оставайся в помещении, я сейчас подойду.

— Не нужно, я сама. Верь в меня, пожалуйста.

Закончив говорить с мужем, прячу мобильный в карман пальто. Люда с меня глаз не сводит и всё-таки не удерживает язык за зубами:

— Переживает, да?

— Переживает.

Ухмыляется, вздыхает шумно, глядя куда-то за мою спину.

— Знаешь, Волык. Ой, прости, Потоцкая. Ты такая одна у Данила.

— В смысле?

Проигнорировав мой вопрос, Люда движется к выходу. Толкает дверь от себя и, лишь оказавшись на улице, решает продолжить диалог.

— Ты сказала, я такая одна. Что ты имела в виду, Люд?

— То и имела, Настя. Ты одна у Данила, кого он реально любит. Хотя честно признаться я не верила, что этот кобель может кого-то полюбить, кроме себя.

— Эй, полегче на поворотах. Ты сейчас говоришь о моём муже. Неприемлемо, Люд. Воздержись от оскорблений для своего же блага.

— Ладно, без проблем.

Это твой выбор, Настя. Я не за этим пришла. В смысле, я пришла не из-за Потоцкого, а из-за тебя.

— Слушаю.

Скрестив руки на груди крест-накрест, жду, что скажет Люда. Неужто совесть заговорила и она решила попросить прощение?

— Я уезжаю, Насть. Из страны уезжаю. Возможно, навсегда. Пришла попросить у тебя прощение и попрощаться.

— А чего так? Чем тебе родина не угодила?"

"— Я больная, Настя. Лечиться поеду заграницу. У меня всё сложно, предстоит операция, — холодно произносит Люда, а у меня внутри всё обрывается от её слов.

 — Извини, что столько боли тебе причинила. Ни один мужик не стоит, чтоб ради него втаптывать себя в грязь. Я это поняла слишком поздно. Мне жаль, что сожгла твою фотостудию, а затем испортила твою свадьбу. Тогда во мне была сильная обида, я хотела отомстить, чтоб ты тоже почувствовала боль. Да, знаю, Данил развёлся со мной не из-за тебя. Просто я не могла наблюдать за вашим счастьем. Не могла его принять. Я, когда узнала, что ты спишь с моим бывшим мужем, у меня внутри всё перевернулось. Я считала тебя предательницей. Да, Насть, ты меня предала, но, несмотря на это, я не должна была делать то, что делала. Молчишь? Сказать мне нечего, Насть?

— Да есть что сказать. Только желание говорить не осталось. Я прощаю тебя, Люд. Выздоравливай. И пока.

Развернувшись, иду к зданию, где проходит фотовыставка, но в последний миг оборачиваюсь.

— Люд, как ребёнок? Кто у тебя там родился: сын или дочка?

— Дочка. Красивая такая.