Вера в ближнего

Кто же знал, что вы с собой батарею гаубичную таскаете. Что это вообще было?

— Вы нам не понравились, вот что это было, — отвернулся Март и, отворачиваясь от пленника, бросил: — Дворник, помоги человеку отмучиться.

— Э! Стой! — встрепенулся Клоун, наклоняясь к калеке. — Слушай, а что вы с грузовиком сотворили? Как это вообще возможно?

— Я не знаю. Я только краем уха слышал про то, что машину вам подпортили. А что именно сделали, не в курсе. Я такими делами не занимался, это не мое. И это… Если не мы за вашим кадром вернемся, то другие вас прижмут.

— Да уж, не повезло вам, — сказал Клоун, выпрямляясь. — Дворник, у меня к нему больше вопросов нет. Можешь заканчивать.

Читер не стал смотреть, каким образом Дворник отправит пленного на респ. Пусть на такое Клоун любуется, он ведь как фанатичный охотник на все виды зрелищ даже пробежку мухи по потолку не пропустит.

Выбравшись из груды мусора, оставшейся на месте, где пятнадцать минут назад стоял дом, Читер нагнал Марта и покачал головой, отказываясь от протянутой банки:

— Нет, благодарю, я лучше трезвым останусь.

— Вообще-то я тебе не медицинский спирт предлагаю, а пиво. И вообще, ты с таким подходом к делу никогда алкоголизм не прокачаешь.

— Ничего страшного, я не думаю, что много из-за этого потеряю.

— Парень, да ты не знаешь, от чего отказываешься.

— И все же откажусь. Лучше скажи, что с Орехом делать будем?

— В каком смысле — что? — уточнил Март.

— Ты разве не слышал, что этот тип говорил?

— Я что, по-твоему, на уши оглох?

— А разве можно оглохнуть на что-то другое? — хмыкнул Читер.

— Конечно, можно. Можно на всю голову оглохнуть. Как это с тобой случилось. И ты, между прочим, свою болячку не лечишь. Тебе, Чит, явно пива не хватает. Люди, крепко дружащие с пивом, до такой ереси не додумаются.

— Какой ереси? Март, ты прекрасно понимаешь, о чем я. Этот Орех сейчас не просто непонятный тип с зелеными волосами. Он ценный приз, за него назначена награда. Мы не знаем, сколько команд его ищут.

Март, отхлебнув, призадумался, затем отхлебнул еще раз и мрачным голосом ответил:

— Я на все сто уверен только в одном: эта банка скоро станет пустой. Даже если ты сейчас меня прирежешь, все равно это не изменит конечный результат. Пиво в открытой банке не живет. Это закон природы. Все остальное — это наши предположения и планы, которые на этих предположениях держатся.