Вера в ближнего

Тот хоть и пришелся вскользь, но кваз полетел уже вполне естественно. Габариты и мускулатура его не спасут, понятно, что после такого уже не подняться.

А это значит, что время вышло. Не в том дело, что Дворник потратил все тридцать секунд, а в том, что теперь элита займется последним противником.

Если не считать Сойку.

Раздумывать и что-то рассчитывать уже нет возможности. В схватке, которая сейчас начнется, Читер сольется так быстро, что вряд ли до трех успеет сосчитать.

И он прыгнул. Прыгнул с высоты шестиэтажного дома.

Прыгнул прямиком на спину твари.

Но это не было заведомо безнадежной атакой камикадзе. Он знал, что делает. Читер не просто прыгнул, он активировал при этом Абсолютное Спокойствие, выбрав точкой приложения правое плечо чудовища. Если тварь правша, она потеряет время, прежде чем осознает, что главная конечность скована в верхней части.

Ну а если левша или амбидекстр — тоже неплохо. Как бы там дело ни повернулось, монстр не сможет сдвинуться с места.

Прыжок был отчаянным, рассчитанным за миллисекунды, если не сказать хуже.

Чертовски рискованный трюк. Спина, шея и голова монстра столь густо утыканы шипами, что навевало мысли на происхождение элитника от ежа.

От очень большого и очень злобного ежа.

Несмотря на торопливые расчеты и на то, что в конце Читер сумел извернуться, один шип все же пропорол ему бок, а второй порвал брючину. Но главное сделано, удалось зацепиться, удержаться на хребте твари.

И тут же он рванулся вперед и вверх. Цепляясь за шипы, подтягиваясь то на одной руке, то на двух, забрасывая свое тело дальше и дальше в опасной близости от острейших элементов брони.

Прокачанные Сила и Ловкость работали на пределе, каждым движением доказывая, что слитый в них опыт потрачен не зря.

Туша твари нехорошо дрожала, бугрилась под напряжением исполинских мышц, скрипела элементами брони. Элита неистово пыталась крутануться, чтобы сбросить наглого человечишку. Но сфера неподвижности удерживала ее получше любых тисков. И так как подобный опыт, скорее всего, чудовище переживало впервые, возник миг растерянности, позволивший Читеру добраться до шеи.

Устойчиво встав на мышечный бугор, Читер, держась за шип одной рукой, другой потянулся за Режиком.

До твари будто дошло, что дело пахнет одновременно кислым и жареным, она задергалась неистово, попыталась наконец задействовать лапу. Благо противника уже не прикрывало переплетение длинных шипов.

Но нет, слишком поздно опомнилась.

Да и лапу выбрала неправильную.