На дворе было тихо и прохладно; небо, усыпанное звездами, чуть затуманивалось отблеском огней большого города, отчего на нем едва просматривалась расплывчатая полоска Млечного Пути и отдельные звезды. Она начала искать созвездие Орион, которое, как когда-то ей объяснил один звездочет, символизировало воина, подпоясанного ремнем, и загадала, что если быстро его найдет, то события не примут роковой оборот и она пробудет положенный срок в Венгрии. Но искомое созвездие находилось как раз напротив основного зарева, в котором терялись его очертания, и Верка напрасно пыталась сложить из отдельных тусклых звездочек знакомый узор: крошечные светила колебались, перемещались, растворялись, на их месте появлялись какие-то незнакомые точки и исчезали вновь.
– Вам предлагается завтра пойти на митинг вместе с Анталом.
– Выйду с вами на связь после его окончания.
Утром Верка сказала Анталу, что в посольстве СССР уже разработаны мероприятия к отправке некоторых советских специалистов на Родину. Ее это пока не касается, но ей предлагают перебраться в торгпредство, под охрану военных. Антал вначале возмутился, потом задумался и сказал:
– А что, если я увезу тебя в Шиофок?
– Исключено! Я обязана подчиниться нашему руководству, иначе меня выдворят из Венгрии по другим причинам.
– Мне не хотелось бы подвергать тебя опасности, но, думаю, тебе действительно есть смысл посмотреть во все глаза на нашу контрреволюцию.
Ближе к обеду следующего дня Антал принес несколько газет, опубликовавших на первой полосе требования молодежи.
