– Я не поддаюсь на уговоры!
– Если поступит приказ, ты уже ничего не сможешь сделать.
– Приложу максимум усилий, чтобы остаться. Давай лучше верить в наше счастье!
– Давай! Ты так светло говоришь, что мне становится легче на душе.
– Это потому, что я безумно тебя люблю!
– И от моей беззаветной любви к тебе, славная Вера Павловна.
Сергей Владимирович приехал точно в назначенное время, с удовольствием выпил кофе, посидел еще пять минут и пригласил Веру Павловну в машину. Ехали тихо незнакомыми улицами, иногда где-то раздавались выстрелы, иногда докатывались отдаленные взрывы, однако вчерашней напряженности уже не чувствовалось.
В пути Верка начала разговор о Зузе, понемногу втянула в него Сергея Владимировича и под конец попросила о помощи. Он не ответил то ли потому, что не хотел, то ли потому, что не успел, так как они подъехали к посольству.
В актовом зале присутствовали в основном военные. Сергей Владимирович отыскал глазами одного из них и, показывая на него взглядом, сказал:
– Вера Павловна, это генерал Лашенко. По его заданию я ездил в октябре в Секешфехервар.
Совсем неожиданно зазвучал гимн Советского Союза, и все встали. Собрание вел секретарь парткома. Он произнес небольшую вступительную речь и предоставил слово послу. На трибуне появился высокий стройный черноволосый мужчина, одетый в темный костюм, который безукоризненно сидел на его широких плечах и придавал всему облику торжественную строгость. Посол не держал в руках никаких конспектов и, глядя сквозь большие очки на зал, начал легко, просто и понятно говорить о международной обстановке, в которой советский народ встречает тридцать девятую годовщину Великой Октябрьской Социалистической Революции.
