Верховная Ведьма

 — Ну помялась чуток, пока нес…

— Помялась?! Это же тыква, идиот!

Видимо, клиент извлек «заказ» из мешка и швырнул его наемнику в руки. Тролль не отказал себе в удовольствии парочку секунд полюбоваться на свое творение:

— Ты глянь, и впрямь — тыква! А как похожа, видать, перепутал в потемках…

Сразу после этого глубокомысленного замечания раздался сочный хруст и гневный вопль, перешедший в негодующее бульканье. Ролар и Орсана одновременно запрыгнули в окна, я — в дверь. И наперегонки рванулись к эркеру, из которого как раз спиной вперед выскакивал Вал, на ходу вытаскивая меч.

Легкие резные дверцы распахнулись во всю ширину, вслед за троллем пропуская четырех невероятно злющих мужиков с уже обнаженными клинками. За ними маячила шатающаяся фигура в черном плаще почти до самого пола. Голова у нее была моя. Вернее, тыквенная.

В следующее мгновение дверки схлопнулись, а когда снова разошлись, обломки тыквенной кожуры валялись на полу, а из-под капюшона виднелся только подбородок.

— За этих — еще по десятке! — сорванным голосом заорал так и не опознанный заказчик.

Поскольку указующий на моих друзей жест оказался весьма неопределенным, прочие посетители корчмы решили не рисковать и поскорее покинули ее всеми доступными путями. На боевом посту остался только владелец «Золотой середины», нырнувший за стойку вместе с торопливо прихваченным свитком и чернильницей, дабы потом предъявить каждому из дебоширов (или их безутешным родственниками) точный счет за нанесенные заведению убытки.

Оные не замедлили последовать.

Судя по воплю колдуна, по крайней мере один из его спутников был очередным наемником, подбиваемым на предмет обогащения сорока кладнями. Оказалось, двое. Возможно, в другое время они и стали бы кочевряжиться, требуя надбавки, но драка уже началась, а десять золотых всяк лучше, чем ничего.

Первым пострадал один из стульев, раздраженно отброшенный с дороги подступающим к Орсане мужчиной. Этот, судя по мрачному блеску глаз, наемником не был и, пожалуй, сам бы приплатил за удовольствие кого-нибудь прирезать.

Девушка попятилась, заставив противника несколько ослабить бдительность, а потом неожиданно нырнула под стол и, выскользнув с другого конца, подпрыгнула, словно собиралась вскочить на столешницу, но вместо этого что есть силы долбанула ногами по ее краю.

Стол встал на дыбы, противоположным краем доски закатив наглецу лихой хук в челюсть. Орсана извернулась в воздухе, словно кошка, приземлившись в локте от шумно рухнувшего стола.