Верховная Ведьма

 — Лён взял мои руки в свои, нежно погладил белую незагорелую полосочку на моем безымянном пальце, коснулся ее губами. Потом твердо взглянул мне в глаза. — Но пусть лучше у меня не будет никакой жены, чем мертвая. Пусть даже лучше не будет меня.

У меня перехватило дыхание, но я все-таки нашла в себе силы задиристо возразить:

— А тебе не приходило в голову, что мертвый муж меня тоже не вдохновляет?! Конечно, ради свадьбы я могу сделать из тебя очень даже бодренького зомби… — Я так живо представила жениха в фате (во избежание несчастных случаев среди слабонервных гостей) и невесту на костылях, что вампир не выдержал и рассмеялся.

 — Но Лён, я волнуюсь за тебя не меньше! Я тоже предпочитаю с чувством выполненного долга величаво проехаться в белых тапочках на тройке Старейшин, с Келлой для полного комплекта, а не усердно рыдать над свежей могилой! Причем до этого ее еще копать, а потом всю жизнь полоть! Ну уж нет!

Рыдать Лён соглашался и сам, причем уже начал тренироваться. Выходило неплохо, только излишне оптимистично.

— Короче, — приободрившись, заключила я, — уступать тебе эту честь я не собираюсь, и не надейся! Так что либо мы решаем проблему полоумного колдуна вместе, либо я берусь за нее в одиночку, и пусть тебе будет стыдно!

— Ладно. Сдаюсь. — Вампир просунул одну руку под мои колени, а второй обхватил поперек спины. — Хватайся!

— Что ты делаешь?! — Я не успела опомниться, как он уже выпрямился, словно не чувствуя моего веса.

— Хочу отнести тебя в постель.

Предпочитаешь, чтобы оттащил за ноги? — Лён сделал вид, что охотно подчинится, и я инстинктивно уцепилась за его шею. — У нас завтра много дел, так что будь добра выспаться как следует, Верховная Ведьма! И если мы каким-то чудом — а для чего же еще нам нужны маги? — вернемся в Догеву, можешь рассчитывать на премию в размере половины оклада!

— А почему только половины?! — с огромным трудом изображая праведный гнев, возопила я. — А надбавка за сверхурочную работу? А больничные?!

— Ты еще командировочные припомни! — хмыкнул вампир, опуская меня на кровать.

— Да? — Он так же внезапно и безо всякого удивления перешел на спокойный внимательный тон.

— Не уходи, — тихо попросила я, придерживая его за рукав. — Посиди со мной хотя бы пока я не засну…

— Не уйду. — Лён осторожно, чтобы не задеть мою больную ногу, пристроился на краешке кровати. И уже спустя несколько минут, в сгустившейся, чуткой тишине еле слышно добавил: — Никогда.