Верховная Ведьма

Ничего особенного, грубая глиняная лепнина, изрядно выцветшая и облупленная. Такие я и в других комнатах видела. По углам — символические обозначения четырех богов: кленовая ветвь, выпрыгивающая из воды рыба, ветвистая молния и птица с распростертыми крыльями. Но посредине, вместо очередной поучительной сцены из жизни святых, красовался подробный план скита.

Мы Велькой одновременно щелкнули пальцами. По бокам барельефа вспыхнули два пульсара — золотистый и зеленоватый.

— Гляди, раньше никаких здесь елок не было — простой частокол с воротами, — изумленно заметила я.

— А озеро обозначено, причем вместе с источниками! — Велькин пульсар скользнул к самой стене. — Постой, а это что?

— Похоже на руну. — Я послюнила палец и протерла сомнительный пятачок в центре барельефа. — Только какую?

— «Охота»? — предположила Велька, заглядывая через мое плечо.

— Вряд ли, вот здесь, кажется, была палочка — чуть пониже точка осталась. «Дыхание»?

— И весьма специфическое, надо заметить, — хмыкнула подруга.

— «Привратник», — опередила я. — А вот это уже похоже на правду! Насколько я помню из курса теологии, самые ценные реликвии дайны опечатывают заклинанием… тьфу, молитвой Привратнику, духу — стражу четырех небесных скрижалей. В большинстве случаев это всего лишь зрелищный обряд, но, если боевые отшельнички сподобились затопить пентаграмму, что им стоило для верности призвать настоящего демона, вселившегося в драконьи кости?

— Привратника, — машинально поправила Велька.

Я задумчиво колупнула пальцем краешек барельефа.

— Погляди, сколько слоев краски. Ему лет тридцать, не меньше. А «выть и бухать» стало совсем недавно.

— Уходя, отшельники могли наложить на Привратника сдерживающее заклятие, — возразила Велька, — которое со временем ослабело или вообще разрушилось.

— Возможно. Но столь активно бодрствующая нежить не может долго обходиться без еды, иначе ее плоть начнет распадаться. Вряд ли дайны ежедневно бросали в озеро по корове или добровольцу, а непробудно спящий на дне Привратник им ни к чему. К тому же издохший дракон как раз и послужил причиной их… хм… спешного переезда.

Скит содрогнулся с таким гулом, словно по нему прошлось отродясь не виданное в этих краях землетрясение.