Надеюсь, что за это время я успею остыть, но раздражающих факторов столько, что я лишь сильней выхожу из себя. А Воскресенской, похоже, хоть бы хны. Вон уже на целых десять минут опаздывает. Наконец, кто-то скребётся в дверь.
– Извини, пришлось попетлять, чтобы убедиться, что нет хвос… – не давая Женьке договорить, затаскиваю её в коридор и зажимаю у стенки. Говорит, попетлять ей пришлось? В целях, мать его, конспирации? А кто мне даст гарантии, что у неё нет микрофончика? Крохотного микрофончика, пристёгнутого к подкладке пиджака? И не думающая стихать ярость высекает снопами искры.
– Ч-что ты делаешь?
– Раздеваю тебя. А что, тебя что-то смущает?
– Очень! – Воскресенская злится и пытается отвести от лацканов своего пиджака мои руки.
– Что так? – обдаю злостью. – Помнится, раньше ты при каждом удобном случае норовила подставиться.
– Это раньше! Прекрати. Ты вообще ни черта обо мне не знаешь!"
"– Не знаю? – обхватываю её затылок и толкаю на стенку сильней, так, что если бы не моя рука, она бы хорошенько башкой приложилась.
– Да. Ты совершенно права. Вот сейчас и начнём знакомство.
Пиджак летит в сторону. Следом сдираю топ. Видно, у этой сучки какие-то свои счёты с бельём. Может, она ко всему ещё и эксгибиционистка. Иначе как объяснить отсутствие на ней лифчика?
– Ч-что ты делаешь?
– Провожу обыск.
– Обыск? – она моргает и облизывает пересохшие от волнения губы. Вопрос – чего она так боится? Неужели и правда рыльце в пушку? Кажется, она меня уже ничем не удивит.
Хер его знает, что в голове у этой бабы.
– Да. На предмет прослушки. Хватит уже тебе делать из меня дурака. Не на того напала.
Воскресенская затихает, стоит только словам слететь с моих губ. Послушно опускает руки, позволяя снять с себя юбку. Я шарю в её тряпье, она стоит в одних туфлях и маленьких кружевных трусиках, сжимая кулаки и кусая губы. Никакой прослушки на ней, конечно же, нет. Чувствую себя идиотом. Но за каким-то хреном обыскиваю еще и её сумку. Там ничего интересного не обнаруживается.
Духи, бумажные салфетки, и салфетки для снятия макияжа, «Тик-Так», «Киндер»… «Киндер»! Для дочки наверняка… Откладываю сумку на комод и, упёршись ладонью в стену возле её головы, склоняюсь.
– Ну? Нашёл что-нибудь?
– Нет. Но я ещё не всё осмотрел. Повернись.
– Что?
– Повернись, – легонько подталкиваю Женю в центр коридора, а сам подпираю спиной стенку, равнодушно сложив на груди руки. Я совру, если скажу, что не понимаю, какого чёрта творю.
