А если Марица вновь скажет своё капризное «фи», пусть засунет его глубоко… Ну, ты меня понимаешь, — обращаюсь к Золе мысленно.
Понимаю и поддерживаю.
Летит довольный ответ.
Глава 37
АНИЛА
— Доброе утро. А альфа уже уехал? — уточняю у Цефа, поскольку он первый попадается на глаза, стоит спуститься на первый этаж.
— Да, Анила, уже уехал. Доброе утро, и прошу к завтраку. Стол уже накрыт.
Сегодня утром помощник Лина выглядит иначе. Сосредоточен, серьезен и явно взволнован, пусть и старается этого не афишировать.
И при всём безукоризненно вежлив.
Понятное дело, пожар — не шутки. А ему приходится оставаться здесь, а не сопровождать своего альфу. Неужели из-за меня или...?
— А госпожа Булова тоже уехала? — решаю вызнать побольше.
Может, конечно, он и не ответит, но за спрос, как говорят, денег не берут.
— А госпожа Булова может ответить за себя сама, — раздается надменное из-за спины.
Резко оборачиваюсь и наталкиваюсь на лед в желто-карих глазах и широкую улыбку, сильно смахивающую на оскал.
Госпожа Марица собственной персоной.
— Нет, я осталась здесь, потому что наш радушный хозяин не захотел рисковать моей ценной жизнью, — просвещает она меня, испытывая явное удовольствие. — Еще неизвестно, что там на этих разработках случилось, и как сильно все пострадало.
— Совершенно верно. Ваша безопасность приоритетна, — соглашается Цеф, однако, его лицо при этом теряет любые эмоции и превращается в маску.
Вот так посмотришь и не поймешь, говорит он правду или поддакивает, вынашивая собственные интересы.
Точнее, интересы своего вожака.
— Нам повезло, что альфа Лин очень предусмотрителен и радушен, — считаю необходимым присоединиться к разговору.
— Очень… предусмотрителен, — повторяет за мной Марица с еле уловимой паузой между словами.
Вскидываю голову и успеваю поймать ехидно-прищуренный взгляд и хищную улыбку, явно несулящие ничего хорошего.
Ох, и не нравится мне эта ее довольная физиономия.
Тут же озвучивает и мои мысли Золотинка.
Как бы этот внезапный пожар не был делом рук ее помощничков.
Булова — та еще стервозина. Она, как и ее чокнутая сестричка, на многое горазды.
Да, Золь. Горазды — не то слово. Иногда кажется, что у них нет границ дозволенного. Но самое ужасное, мы не знаем, для чего все это делается, – делюсь с волчицей переживаниями, одновременно направляясь вслед за оборотнями к накрытому столу.
— А как дела у… девочек? — задаю Цефу очередной вопрос, не торопясь приступать к завтраку.
— Они обе в порядке.
