"
"Зато обнаружили камеры, где держали омежек будто дворовых собак, а не сильнейших представителей нашей планеты. И медотсек нашли, весь выпотрошенный. Никаких записей, никаких следов чокнутого докторишки, никаких лекарств или капсул из-под них. НИЧЕГО. Зато повсюду запах человечки.
Вот как такое возможно?
Везде, мать-Луна образумь и дай терпения, нежный аромат этой рыжей бестии. Словно она весь дом вдоль и поперек исходила… и даже камеру, соседнюю с детьми.
И уверенно заявляет, что ни причем.
Не лжет.
Я чувствую. И это вот напрягает.
Слишком странно и нелогично.
Во всем замешана, во всё втянута, а не при делах.
Картинка совсем не вырисовывается, как не крути. Одна надежда, что омежки очнутся. И либо подтвердят ее слова и спасут от наказания, либо обвинят, тогда пусть пеняет на себя. Пощады не будет.
Говорю это. И сам себе не верю. Не представляю, как смогу причинить боль той, чьи темно-синие глаза смотрят на меня с таким восторгом и доверием, словно я — лучшее, что она видела в своей жизни.
Я и разговаривал-то с ней грубо, больше злясь на дурацкое стечение обстоятельств, нервы из-за детей и то, что ее вид за решеткой бесил.
Дьявол, была бы она оборотницей, подумал, что между нами связь зарождается. Но она человек. А двуликие и люди — полнейшая глупость. И даже ради этой манящей самки я не стану делать исключения.
— Ну что, навестил девчонку? — встречает меня у выхода Цеф. — Пришла в себя.
— Пришла. И, знаешь, кажется из-за наших детей она разволновалась больше, чем из-за того, что я назвал ее преступницей и обещал наказание.
— Даже так?
— Да. Сказала, что помогала девочкам. Даже по именам каждую назвала. А ведь малышки не стали бы выдавать о себе информацию, если бы ей не доверяли. Да и не врала она. Бураш бы ее мгновенно раскусил.
— Так это же хорошо. Если она не преступница, за ночь в камере всё обдумает, поволнуется, а утром все нам подробно без капризов расскажет. И про Куфина заодно.
— Хорошо, — повторяю за бетой, а сам хмурюсь.
— Тогда почему ты зол? — удивляется Цеф.
— Повод есть, — рычащие нотки сами собой прорываются в голосе, стоит вспомнить о девчонке и о том, что на ней было нацеплено.
Обычно я более уравновешен. Альфа должен уметь контролировать свои эмоции в любой ситуации. Но в этот раз всё идет не по плану. Да и мой волк решает проявить себя и прямо выказать недовольство.
— Варфик, иди-ка сюда, умник, — шиплю, понижая голос.
