Вернуться домой

— Ну что, так и будем стоять? — усмехнулся я.

— Я буду, а ты ляжешь! — разъяренно прошипел прячущийся за девчонкой гопник. — Давай, давай! На землю на пузо ложись и руки на башку клади! А то я порежу эту тварь! Защитничек, мать твою…

Вздохнув, я начал медленно опускаться на землю, представляя, как будет возмущаться мама испачканным джинсам и пуховику. Вот за них он мне отдельно ответит…

Все же не дождался! Отшвырнув тихо вскрикнувшую девчонку, идиот метнулся ко мне, замахиваясь ножом. Ну конечно, враг в такой «безобидной» позе — на коленях, руки на затылке, шея не защищена… Вот только не стоило тебе делать такой большой замах! А по-хорошему — вообще не стоило со мной встречаться!

Уклониться.

Сделать подсечку. А теперь быстро, но аккуратно перехватить руку с ножом, чуть довернуть эту жертву пьяного акушера, используя инерцию его собственного рывка, и нанести жесткий, даже жестокий удар по локтю сзади. Это тебе не просто перелом, скотина! Теперь у тебя уйдет очень много времени на то, чтобы восстановить руку. Надеюсь, что часть того времени ты потратишь на размышления о своем нехорошем поведении… Ну и пара ударов по почкам — чтоб неповадно было ножичком размахивать.

Убедившись, что отморозок потерял сознание, я подхватил упавшую финку и на мгновение замер, удивленно вскинув брови и с интересом рассматривая дорогую игрушку. Офигеть — деревянная, хорошо отполированная ручка, отличная сталь с вытравленным на лезвии рисунком — у меня в руках далеко не самодел! Похоже, настоящая «Златоустовская» игрушка.

Интересно, откуда она у гопников?.. Украли?

Я качнул нож на ладони. Надо же, не только красивый, но и баланс отличный. Даже жалко выбрасывать. Ладно, будем считать военным трофеем.

Спрятав нож, я подошел к девчонке, испуганно сжавшейся возле дверей старого, покрытого облупившейся зеленой краской гаража, и, собственно, впервые попытался рассмотреть спасенную. Раньше как-то не до нее было… Одета она действительно странно и явно не по погоде. Теперь понятно, почему эти… не будем материться, назвали ее «эльфом».

Ролевик, что ли? Высокие, до колена сапоги из очень тонкой кожи, правда, без сумасшедших платформ и шпилек, что говорит о некотором благоразумии данной особы. Обтягивающие лосины, кургузая курточка, прикрытая коротким плащом из плотного шелковистого материала, судорожно перетянутым вперед со спины. А на плаще волна длинных, густых, чуть вьющихся волос, огненно-рыжих даже в неверном свете уличных фонарей. Вроде даже не крашеных… своих.