Верные враги

Как ни странно, на полуэльфок, самую долгожданную и лакомую добычу, стая почти не обращала внимания, сосредоточившись на нас троих (Рест где-то исчез, надеюсь, не в расквырьих желудках).

— Берегитесь хвостов! — запоздало крикнул Верес, приседая и пропуская над макушкой излишне разогнавшуюся тварь, в итоге врезавшуюся в стоящие у печи кочерги-ухваты и с грохотом обвалившую их на пол. Мрак, подбадривая себя воинственными воплями (заставлявшими порядком нервничать всех остальных), исполнял нечто вроде ритуального танца горцев с двумя короткими клинками, окружившими его почти непроницаемым коконом из серебристых прочерков.

Большинство расквыр благоразумно облетали его стороной, самые отважные бессильно корчились на полу. В сенях с дурным ржанием метались кэльпи; лишь бы дверь не сумели выбить, тогда и им, и нам точно конец.

Ответить колдун не успел: налетевшая на меня расквыра в последний момент ловко отвильнула, в развороте хлестнув по лицу хвостом, как плетью. Серебряной и вдобавок раскаленной добела.

Взвыв, я чуть не выронила даркан и согнулась пополам, зажимая ладонью ослепший глаз. По пальцам вроде бы ничего не текло, но жгло дико, словно навершие хвоста на манер пчелиного жала отломилось и яростно вбуравливается в мозг через глазницу.

Проклятая тварь, та же или другая, немедленно кинулась закреплять успех. Колдун бросил взгляд в мою сторону и, не раздумывая, взмахнул свободной рукой. Клыкастый клюв щелкнул в каком-то пальце от моего горла, крик Вереса слился с негодующим, быстро оборвавшимся верещанием твари, припечатанной к печной кладке с такой силой, что, когда колдун разжал кулак, она не свалилась на пол, а, распластанная наподобие геральдических изображений, медленно сползла.

Позади меня что-то загремело и посыпалось, коротко вскрикнула-охнула Данка, но обернуться, да что там — даже подумать об этом сейчас было выше моих сил. Спрыгни с чердака еще один вурдалак — и легкая закуска была бы ему обеспечена. Но шум не повторился, только твари заверещали еще громче, удвоив усилия, как будто кто-то приказал им поспешить.

Вяло отмахнувшись мечом от очередной расквыры, колдун несколько раз глубоко вздохнул сквозь судорожно стиснутые зубы и снова упрямо расправил плечи. Боль отступила так внезапно, что я не сумела удержаться от истеричного смешка. Правый глаз по-прежнему ничего не видел, половина лица так онемела, что я всерьез усомнилась, на месте ли она.